1973 11 сентября


Военный переворот 1973 года в Чили. Неолиберальный миф о Пиночете

Утром 11 сентября 1973 года, в 6 часов 20 минут чилийский президент Сальвадор Альенде получил сообщение о мятеже на флоте в Вальпараисо. Корабли чилийских ВМС в это время находились совместных с ВМС США манёврах «Унитас». Несколько сот матросов и офицеров — сторонников Народного единства, которые отказались поддержать мятеж, были расстреляны, а их трупы сброшены в море. Утром мятежники обстреляли порт и город Вальпараисо, высадили десант и захватили город. В 6:30 утра мятежники начали операцию по захвату чилийской столицы. Они захватили ряд важных объектов. Радиостанции «Агрикультура», «Минерия» и «Бальмаседо», принадлежавшие правым деятелям, известили страну о перевороте и создании военной хунты. В состав временного правительства вошли Аугусто Пиночет – глава сухопутных сил, Хосе Мерино – командующий ВМС, Густаво Ли – командующий ВВС и Сесар Мендоса – командир корпуса карабинеров. Чилийские ВВС разбомбили радиостанции «Порталес» и «Корпорасьон», которые поддерживали Народное единство и законного президента. Что интересно самолеты чилийских ВВС уничтожили две телевизионные башни, стоявшие в столице Чили. Этот удар напоминает события 11 сентября 2001 года (организаторы одни и те же). В 9:10 утра последовало последнее обращение президента, его передала радиостанция «Магальянес». Затем ВВС нанесли по ней удар и её захватили мятежники. Несколько десятков сотрудников радио были убиты. Затем начался обстрел и штурм президентского дворца, который защищало около 40 человек. Через 8 часов Альенде был мертв. Находясь в пылающем президентском дворце, Альенде отпустил тех, кто не мог драться, а сам руководил обороной. Подбил из гранатомета танк мятежников и пал с «Калашниковым» в руках. Так, в Чили произошел военный переворот, в результате которого военная хунта во главе с главой военного ведомства, генералом Аугусто Пиночетом свергла президента страны Сальвадора Альенде и правительство Народного единства. Переворот был подготовлен и осуществлён под непосредственным руководством ЦРУ США.Сальвадор Альенде отказался покинуть президентский дворец во время переворота и сопротивлялся до конца с оружием в руках.

Что вызвало переворот

3 ноября 1970 года президентом Чили стал Сальвадор Альенде Госсенс. Он раньше был генеральным секретарем Социалистической партии Чили, создал Народную социалистическую партию. Затем снова вернулся в Социалистическую партию, создал альянс с коммунистами — Фронт «Народное действие». Выдвигался на пост президента в 1952, 1958 и 1964 годах. В 1969 году Фронт «Народное действие» был преобразован в Народное единство. В коалицию вошли социалисты, коммунисты, члены Радикальной партии и часть христианских демократов. На выборах 1970 году Альенде с незначительным отрывом вышел вперед, обогнав кандидата Национальной партии. Экономическая программа Альенде предусматривала национализацию крупнейших частных компаний и банков. Аграрная реформа вела к экспроприации частных поместий. За первые два года деятельности правительства Альенде экспроприировали примерно 500 тыс. гектаров земли (около 3500 поместий), что составляло около одной четвертой части всей обрабатываемой в стране земли. С учётом земель экспроприированных при предыдущем правительстве, реорганизованный сектор сельского хозяйства составил около 40 % всех сельскохозяйственных угодий в государстве. Естественно, что такая политика встретила сопротивление и саботаж со стороны латифундистов (крупных земельных собственников). Начался массовый забой скота, из имений на чилийско-аргентийской границе скот перегоняли в Аргентину. Это вело к ухудшению экономического положения страны. Возникла напряженность в отношениях с Вашингтоном, который защищал интересы американских фирм. США организовало бойкот чилийской меди, а экспорт меди давал стране основные валютные поступления. Чилийские счета были заморожены. Кредитов не давали. Многие чилийские предприниматели стали переводить капиталы за рубеж, свертывать дела, сокращать рабочие места. В стране была создана искусственная нехватка продовольствия. В 1972-1973 гг. внешние и внутренние противники Альенде организовали массовые демонстрации и забастовки. Главным инициатором забастовки выступила Конфедерация владельцев грузовиков. В стране было введено чрезвычайное положение, президент дал указание конфисковать неработающие грузовики. В ноябре 1972 года была создано новое правительство, где военные заняли важнейшие посты. Бывший командующий армией генерал Карлос Пратс возглавил МВД, контр-адмирал Исмаэль Уэрта – министерство общественных работ, бригадный генерал авиации Клаудио Сепульведа – министерство горнорудной промышленности. Страна была разделена на два враждебных лагеря, противников и сторонников реформ. Надо сказать, что в целом реформы Альенды были направлены на улучшение благосостояния основной части населения. Была снижена процентная ставка сельскохозяйственного кредита, были созданы десятки тысяч новых рабочих мест, шло сокращение уровня безработицы, повышалась заработная плата низкооплачиваемых категорий трудящихся, вырос прожиточный минимум, минимум заработной платы и пенсий, росла покупательная способность населения. Правительство разработало систему многочисленных пособий и льгот, провело демократизацию медицинского обслуживания и школ. Естественно, что под удар попадали крупные собственники, латифундисты, буржуазия компрадорского характера. И они не хотели сдавать своих позиций. Благо имели мощного союзника – Соединенные Штаты. Сальвадор Альенде Госсенс - человек хотевший освободить Чили от империалистической зависимости и грабежа корпораций.

Цели США и транснациональных структур

Вашингтон не хотел, чтобы в Латинской Америке появилась вторая «континентальная Куба». Альенде проводил национализацию предприятий крупной промышленности, в интересах народа начал аграрную реформу. Таким образом, геополитические интересы США – стремление сохранить Чили в орбите своего влияния, совпали с интересами американских корпораций. Внутри Чили американцы имели сильную опору в лице крупных собственников.

В тактическом отношении требовалось сместить законно избранного президента-социалиста Сальвадора Альенде, разгромить социалистическое, левое движение в Чили. Причем сделать это надо было максимально жестко, показательно. Вернуть Чили под контроль ТНК, ТНБ. Вернуть национализированные предприятия прежним владельцам, включая американские корпорации. Нужно было прекратить преобразования социалистического характера. В стратегическом отношении удачный пример социалистического курса Чили был опасен для власти США и транснациональных корпораций и банков в Латинской Америке. Уже была потеряна Куба. Во многих странах Южной Америки возникли сильные вооруженные революционные группировки, которые брали курс на освобождение своих стран от неоколониальной зависимости и грабежа ТНК и ТНБ, на социалистическую революцию по примеру России и Кубы. США и транснациональные структуры столкнулись с угрозой потери значительной части или всей Латинской Америки. Особенно бы угроза выросла при сохранении в СССР сталинского курса. При поддержке СССР страны Латинской Америки могли освободиться от зависимости. К сожалению, в СССР уже прорастали семена измены. Москва не использовала мощный инструмент в виде КГБ, чтобы оказать действенную помощь Альенде. Победа Альенде и его реформы в Чили открывали прямую дорогу к возможности провозглашения социалистического курса и появления второго плацдарма социализма в Латинской Америке. Понятно, что такую возможность надо было пресечь любой ценой, выжечь каленым железом.

Как делаются перевороты

Наиболее полное описание переворота 1973 года содержится в отдельном докладе комиссии Сената США об операциях в Чили. Согласно нему на организацию переворота было затрачено 13 млн. долларов США. Американцы действовали сразу по нескольким ключевым направлениям. Деньги шли на поддержку политических партий, которые били противниками движений левого толка. В первую очередь поддерживали христианских демократов. Финансировали оппозиционную прессу, главным образом газету-гигант «Эль-Меркурио». Американцы подпитывали забастовочное движение. В частности, движение владельцев грузовиков в 1972-1973 годах парализовало чилийскую экономику (на грузовиках перевозили до 80% грузов стране). Финансовая помощь оказывалась правой террористической организации «Патриа и Лебертад». На чилийское правительство оказывалось давление путем задержки кредитов, как на частном, так и на государственных уровнях. Производилась поставка оружия террористическим группам. В 1970 году деньги выделяли против избирательной компании Альенде. Во время выборов 1970 года американцы потратили около 0,5 млн. долларов.7 сентября 1973 года американский посол в Чили Натаниэл Дэвис срочно вылетел в Вашингтон. Он провел конфиденциальную встречу с Генри Киссинджером и 9 сентября возвратился в Сантьяго. Чилийский посол в Мексике Уго Вигорена сообщил, что через несколько дней после переворота видел документы, которые показал ему бывший агент ЦРУ, в них излагался план свержения Альенде («План Центавр»). Надо отметить, что Альенде практически сам лишил себя главной опоры. В августе 1973 года военные во главе с Пиночетом организовали провокацию против генерала Пратса, сохранявшего верность правительству Народного единства. Пратс подал в отставку. Президент назначил на его место генерала Пиночета. 23 августа Карлос Пратс отметил в своём дневнике: «Моя карьера закончилась. Не преувеличивая свою роль, я считаю, что мой уход в отставку — прелюдия государственного переворота и величайшего предательства… Теперь лишь осталось назначить день переворота…». О возможностях Пратса говорят события переворота, когда ЦРУ использовало интересный психологический прием (метод бесструктурного управления). В Сантьяго распространили слух, что к столице с севера на помощь президенту приближается бригада под командованием Пратса (он в это время сидел под домашним арестом), и к ней присоединяются отряды добровольцев. В результате активные сторонники Альенде в Сантьяго поверили столь желанной информации и стали выжидать прихода «подкреплений». Организаторам переворота удалось избежать масштабного противостояния со сторонниками Альенде в столице и одержать победу, хотя в Чили и в соседних странах имелись хорошо подготовленные и хорошо организованные группы сторонников законного президента. Почему Альенде был так беспечен? Многие исследователи считают, что Сальвадор Альенде недооценил опасность переворота, так как сам принадлежал к чилийской аристократии и был масоном (в этом он сам признался). Согласно масонской этике, «своих» трогать нельзя. Масоном был и Пиночет, и он не должен был пойти против «брата». Однако Альенде явно просчитался. Масоны занимают не самые высшие позиции в западной иерархии. Действия Альенде наносили вред США, транснациональным корпорациям, поэтому он был приговорен. Мирные попытки – путем выборов, забастовок, не привели к падению Альенде, поэтому пошли на крайние меры. Причем Народное единство подавили с максимальной и демонстративной жестокостью, чтобы другим неповадно было.

«Patria y Libertad». 30 июля 1971 года американский президент Ричард Никсон заменил посла в Чили Эда Корри на мистера Дэвиса, который был известен как специалист «по делам коммунистических стран». Дэвис в 1956 -1960 гг. возглавлял отдел СССР в Госдепе США. Был посланником в Болгарии и послом в Гватемале. В Гватемале он отметился как «отец» «Чёрной руки» - полувоенной организации, которая занималась организацией и проведением терактов направленных против представителей левого движения. Кроме того, мистера Дэвиса считали организатором вспомогательной шпионской организации «Корпус мира», которая к началу переворота в Чили имела сотни осведомителей. Деятельность «Корпуса» была настолько откровенной, что уже в 1969 году депутат Луис Фигероа, председатель Единого профсоюза трудящихся Чили обвинил его в шпионской деятельности.

10 сентября 1970 года, по примеру «Чёрной руки», ЦРУ создало в Чили организацию движение «Патриа и Либертад» («Родина и Свобода»). Его формальным руководителем был Пабло Родригес. Движение «Родина и Свобода» должно было организовать противников Альенды. Были созданы боевые группы, где готовили бойцов, обучая их навыкам стрельбы и рукопашного боя. Руководителем боевой организации был Роберто Темье. Кроме того, создавались лагеря подготовки за пределами Чили. В частности, такой лагерь был организован местечке Вьяча, в тридцати километрах от Ла-Паса. Его руководителем был бывший майор чилийской армии Артуро Маршалл. Численность боевиков достигла 400 человек. Среди руководителей «Родины и Свободы» выделялся Иван Фельдес. Он отвечал за связь. Он ввез в Чили оборудование, которое позволяло перехватывать шифровки разведслужб всех трёх родов вооружённых сил и при необходимости парализовать всю сеть внутренней связи в стране. Финансировали движение президент Ассоциации промышленного развития Орландо Саэс и крупный землевладелец Бенхамин Матте, который представлял Национальную ассоциацию сельского хозяйства. Боевики «Свободы» действовали в тесном взаимодействии с криминальными элементами. «Патриа и Либертад» организовывало уличные беспорядки, нападения на государственные учреждения, учебные заведения, помещения социалистической партии, на деятелей коммунистической и социалистической партии, журналистов выражавших интересы Народного единства. Организация была откровенно террористической. 17 июня 1973 года из пулемета обстреляли помещение компартии в Нуньоа, напали на помещение социалистической партии в Барранкасе. 20 июня взорвали бомбу на национальном телевидении в Сантьяго. 26 июня были обстреляны общественные здания в Сантьяго. Подобные инциденты происходили практический каждый день: обстрелы, взрывы, нападения, избиения, поджоги и пр. Бандиты взрывали мосты, железные дороги, электроподстанции и другие важные объекты. Из-за нарушения электроснабжения перестали работать промышленные холодильники, и к августу страна потеряла половину собранных овощей и фруктов. Из-за диверсий на коммуникациях нарушилось снабжение провинций продуктами. Избивали и убивали водителей грузовиков, которые завозили продукты в рабочие районы. Ситуацию в стране готовили к часу «Х». 29 июня боевики «Свободы» провели настоящую репетицию будущего переворота. Утром в Сантьяго из расположения 2-го бронетанкового полка на улицу выехало несколько танков, бронемашин и грузовиков с солдатами. Выехав на площадь Бульнеса, один из танков обстрелял президентский дворец, другие машины двинулись к министерству обороны. Танк «Шерман» подошел к фасаду здания, поднялся по лестничным маршам, ударом корпуса выбил дверь и выстрелили по вестибюлю. Этот мятеж подавили к вечеру. Военная прокуратура провела расследование и выяснила, что за мятежом стояла «Родина и свобода». Пиночет был ширмой. Всю организационную работу провели профессионалы из ЦРУ. Все нити тянулись Совету национальной безопасности, которым руководил Генри Киссинджер. За организацией экономического саботажа и удушения Чили отвечал Дин Роиш Хантон. Он в 1971 году получил должность заместителя председателя Совета по международной экономической политике. Хантон в Гватемале совместно с Натаниэлем Дэвисом организовывал «контрреволюцию». Вторым посланником американского посольства в Чили был Гарри У. Шлаудеман. До этого он работал в Боготе, Болгарии, Доминиканской республике. В организации переворота также приняли участие: Дэниэл Арзак, Джеймс Е. Андерсон, Дэлон Б. Типтон, Рэймонд Альфред Уоррен, Арнольд М. Исаакс, Фредерик У. Латраш, Джозеф Ф. Макманус, Кейт Уиллок (он был организатором операций «Патриа и Либертад»), Дональд Уинтерс и др.

Неолиберальный миф о Пиночете

В годы господства либеральной идеологии в России был запущен миф о благодетельном правлении Пиночета, о «экономическом чуде» в Чили. Пиночет, захватив власть, начал проводить либеральную политику в духе «шоковой терапии» Егора Гайдара в начале 1990-годов в России. К «экономическому чуду» такая политика не привела. Экономика даже не вернулась к уровню развития достигнутому при Альенде. Из страны уехала десятая часть населения. В основном это были квалифицированные специалисты, т. к. простые крестьяне не имели материальной возможности уехать. Чили стала первой страной в мире, где внедрили идеи Нобелевского лауреата 1976 г. Милтона Фридмана. Советниками Пиночета были т. н. «чикагские мальчики» - последователи взглядов Фридмана. Чили предложили стабилизационную программу, где в основе был монетаристский подход (он лежал в основе всех программ МВФ). Монетаристы видят корень всех бед в избытке денежной массы в обращении, из государственной политики «дешевых денег» и неумеренной эмиссии, что ведет к инфляции. Для «оздоровления» экономики они предлагают уменьшить количество денег путем жесткой кредитной и бюджетной политики. Дефицит бюджета снижают путем сокращения госпрограмм, включая расходы на социальную сферу, инвестиции, субсидии и т. д. В России до настоящего времени деятели (или вредители?) такого толка господствуют в экономике и финансах. Они видят спасение в резком сокращении расходов. В то время как Рузвельт, Сталин и Гитлер добивались огромных успехов, вкладывая большие деньги в развитие инфраструктуры страны. Монетаристы предлагают снижать потребительские расходы путем снижения или замораживания заработной платы. К тому же эта мера ведёт к сокращению издержек производства. В банковской сфере – политика «дорогих денег», увеличение процентных ставок. Девальвация национальной валюты, сокращение государственной эмиссии денег. Ограничение госрегулирования цен и внешней торговли (от этого выигрывают отрасли ориентированные на экспорт). В Чили уменьшили зарплаты, сократили количество людей занятых в госсекторе. Субсидирование госпредприятий отменили. Образовательные и здравоохранительные программы отрезали от государственного финансирования (просто мечта российских «либерал-фашистов»!). Дефицит госбюджета стали покрывать в основном кредитами МВФ. Денежную эмиссию свели почти к нулю (в 1985 г. всего 0,2% от ВВП). Более трети населения были брошены в нищету. Произошло резкое углубление социального неравенства и бедности. К примеру, директор компании, производящей бумагу и картон, получал 4,5 млн. песо в год, а медсестра - 30 тыс. песо (соотношение 150:1 соответственно). В экономическом отношении страна стала напоминать классическую колонию, сырьевой придаток запада. Из-за внешних долгов практически произошла потеря национальной независимости. За два десятилетия Чили посадили в долговую яму: с 3 млрд. долларов США в 1973 году внешний долг страны увеличился до 17 млрд. долларов в 1982 г. и в 1993 г. вырос до 21 млрд. долларов. Под народное хозяйство заложили «бомбу» в виде резкого падения госрасходов на развитие инфраструктуры (пути сообщения, линии электропередач, школы, больницы и т. д.). С 1973 года по 1982 год показатели развития инфраструктуры упали на 22%. В частности, если в 1973 году Чили опережала Латинскую Америку по производству электроэнергии на 50%, то за 20 лет выработка электроэнергии выросла только на 1%. Отсутствие инвестиций в эту область народного хозяйства – это одна из характерных черт всех неолиберальных «стабилизационных» программ (в реальности это стабильная деградация). Это настоящий ядерный фугас замедленного действия под народное хозяйство. Пример, Украины и Российской Федерации, угодивших в ту же западню, очевиден. Оба государства пошли на поводу у западных и доморощенных неолибералов, проедая советское наследие и не развивая инфраструктуру. Теперь нужны сотни миллиардов для капитального ремонта, полной замены и модернизации инфраструктуры страны. Бомбардировка президентского дворца «Ла Монеда» во время военного переворота в Чили. Автор: Самсонов Александр

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

topwar.ru

Чили. 11 сентября 1973 года

11 сентября 1973 года в Чили произошел военный переворот. Это был не обычный мятеж гарнизонного типа, а отлично спланированная военная операция, в центре которой была осуществлена комбинированная атака с применением авиации, артиллерии и пехоты. Восставшими сразу же были заняты все государственные и правительственные учреждения. Офицеры, отказавшиеся поддержать путч, были расстреляны. Военный переворот явился кульминацией политического процесса, продолжавшегося несколько месяцев. Из за безответственной политики части блока Народного единства, возглавляемой экстремистским крылом Социалистической партии, в Чили разразился кризис. Страну стали сотрясать забастовки, массовые манифестации. Осенью 1972 года началась общенациональная забастовка владельцев грузового автотранспорта и торговцев. Крайне негативную позицию в отношении правительства Народного единства занимала администрация США, недовольная внутренней и внешней политикой президента Сальвадора Альенде, который быстро сближался с Кубой и Советским Союзом. Международные корпорации фактически установили экономическую блокаду Чили. Были закрыты внешние источники финансирования и кредитования. Сам Альенде все больше подпадал под влияние радикальных кругов соц партии. По сути дела, он отвернулся от большинства своих избирателей, тех, благодаря которым он и стал «народным президентом». Возникли разногласия и внутри правительственной коалиции. Это вынужден был признать глава компартии Луис Корвалан. В мае 1972 года он говорил: «Страна переживает в настоящее время очень трудный момент. Он труден не только потому, что мы встречаем серьезное сопротивление со стороны внутренней и внешней реакции, но и потому, и об этом мы должны сказать со всей откровенностью, что в Народном единстве наступил серьезный кризис. Кризис в определении политической линии, политической ориентации». В ноябре 1972 года Альенде реорганизует правительство и вводит в него представителей вооруженных сил: генералов Карлоса Пратса и Клаудио Се С. Альенде пульведу, а также адмирала Исмаэля Уэрту. После этого обстановка в стране несколько стабилизировалась. В марте 1973 года состоялись парламентские выборы. Партии Народного единства получили почти 44 процента голосов, на 7 процентов больше, чем на президентских выборах. Оппозиция получила 56,6 процента голосов, но две трети мест в парламенте набрать не сумела. Режим Альенде оказался на распутье: или последовательно осуществлять правительственную программу, или отказаться от нее и вступить на путь противостояния с конгрессом, где сторонники Альенде были в меньшинстве. Президент все больше склонялся ко второму варианту, проявляя недовольство деятельностью парламента. Вместе с тем он отчетливо сознавал всю опасность создавшейся ситуации. В начале августа 1973 года Альенде на встрече с высшими офицерами заявил, что в стране зреет государственный переворот. По его мнению, разгулом террора и экономической дезорганизацией правые силы пытаются создать обстановку, благоприятную для военного мятежа. Сальвадор Альенде маневрировал, пытаясь найти хоть какой то выход из сложившегося положения, все более угрожающего власти правительства Народного единства. 8 августа президент назначает генерала Пратса министром обороны в своем правительстве. В кабинет вошли также адмирал Монтеро, генерал Руис, который командовал военно воздушными силами, а также генеральный директор корпуса карабинеров Сепульведа. После этих назначений генерал Аугусто Пиночет выполнял обязанности командующего сухопутными силами на время пребывания генерала Пратса «в большой политике». Авиационный генерал Густаво Ли Гусман замещал Руи са. Наконец, адмирал Хосе Торибио Мерино, который командовал Первой военно морской зоной (район Вальпараисо), занял место командующего военно морским флотом Монтеро.

Однако уже 21 августа, после демонстрации у дома Пратса, когда прозвучали требования отстранить министра обороны от власти, тот подал в отставку.

В тот же день, 22 августа, парламент принимает «Соглашение палаты», где правительство Альенде было по сути дела объявлено вне закона, а сам президент обвинен в нарушении конституции. Особенно серьезным было то, что «Соглашение» практически призывало вооруженные силы к неподчинению властям, пока те «не встанут на путь законности». В «Соглашении» говорилось, что правительство Сальвадора Альенде стремится захватить всю власть, установить самый жесткий экономический и политический контроль со стороны государства и таким путем утвердить тоталитарную систему. После отставки Пратса Аугусто Пиночет становится главнокомандующим сухопутными войсками. Его имя все чаще начинает встречаться на страницах прессы. Генерал Пиночет вызывал доверие у правительства Народного единства, как дисциплинированный, ответственный офицер, верный своему воинскому долгу, квалифицированный специалист, конституционалист, казалось бы, весьма далекий от политических интриг. В 1972 году он был назначен начальником генерального штаба армии. Многие исследователи считают, что в этот период с ним в контакт вступает ЦРУ, видя в начальнике генштаба оптимальную кандидатуру для главы будущего военного переворота. Вероятно, поводом для такого подозрения могла стать поездка Пиночета в зону Панамского канала для официальной встречи с представителями командования Южным военным округом США. Кроме того, сам Пиночет окончил командные и штабные курсы в Форт Бенинге, а также трижды стажировался на американских военных базах в районе Панамского канала (1965, 1968, 1972). Генерал Ли также в течение десяти лет учился в США и являлся военным и военно воздушным атташе в Вашингтоне. Адмирал Мерино был военно морским атташе при посольстве Чили в Великобритании и стажировался на американской базе в зоне Панамского канала. Вступил ли генерал Пиночет в контакты с североамериканскими службами для подготовки государственного переворота или нет, фактом остается то, что уже с этого времени он, по собственному признанию и по признаниям других членов хунты, начал готовить антиправительственный, антиконституционный переворот. В том, что государственный переворот готовился заранее, сомнений нет. В частности, на одной из пресс конференций вскоре после переворота генерал Серхио Арельяно Старк говорил, что оперативный план захвата столицы был разработан офицерами военной академии за шесть месяцев до мятежа. Он отмечал, что главными были три задачи: сосредоточение в руках заговорщиков командования сухопутными силами, ВМФ, ВВС и карабинерами; обеспечение того, чтобы вооруженные силы подчинялись всем приказам путчистов; предотвращение или подавление вооруженного сопротивления масс. В рамки этого плана укладываются и дискредитация генерала Пратса, вследствие чего он вынужден был уйти в отставку, и чистка среди офицеров армии, проведенная в конце августа – начале сентября генералом Пиночетом. Поднятая путчистами армия, проникнутая духом элитарности и чувством неприязни к простолюдинам и «агентам коммунизма», не могла остаться политически нейтральной. Сказалось и то, что Сальвадор Альенде покусился на материальные и социальные привилегии офицерского корпуса. Раньше пределом мечтаний офицеров было попасть на стажировку в зону Панамского канала, особенно в Форт Гулик. Ведь вернувшись оттуда, многие из них могли купить и дом, и машину. А при Альенде их стали отправлять стажироваться на Кубу. В обстановке нестабильности обыватель жаждал «твердой руки», и многие искренне преданные народу военные – особенно молодые офицеры – были близки к мысли о необходимости, нарушив «традиционный нейтралитет» чилийской армии, по своему вмешаться в ход событий, разворачивавшихся в стране. Те же, кто оставался верным сторонником Альенде, подверглись самым разнообразным преследованиям – от организации кампаний по их компрометации до физического уничтожения… Есть немало свидетельств, что 11 сентября в ходе своего выступления на митинге в Техническом университете Альенде собирался обнародовать план первоочередных действий правительства: проведение плебисцита о доверии президенту; осуществление экономических мер для защиты народных масс от последствий политической забастовки предпринимателей; принятие жестких мер против фашистских и террористических групп; созыв 20 сентября внеочередной сессии парламента для обсуждения проекта экономических и социальных реформ; проведение всеобщих выборов в учредительную ассамблею и преобразование конституционного режима в соответствии с подлинными потребностями народа. Программа эта, несмотря на популистскую риторику, носила радикальный характер. Но она так и не была услышана. 11 сентября 1973 года в 6 часов 20 минут президенту Альенде позвонили и сообщили, что военно морской флот в Вальпараисо поднял мятеж. В 7 часов 30 минут президент прибыл в свой дворец Ла Монеда и попытался связаться по телефону с командующими родами войск. Никто из них не отвечал. «Похоже, что на этот раз они все сговорились», – сказал президент. Затем он обратился по радио к населению и обрисовал всю опасность сложившегося положения. В 8 часов 30 минут радио Сантьяго передало экстренное сообщение. Диктор читал: «Прокламация военной правительственной хунты! Учитывая чрезвычайно серьезный экономический, социальный и моральный кризис, подрывающий страну… президент республики должен немедленно передать свои высокие полномочия чилийским вооруженным силам и корпусу карабинеров. Чилийские вооруженные силы и корпус карабинеров едины в своей решимости взять на себя ответственную историческую миссию и развернуть борьбу за освобождение отечества от марксистского ига и за восстановление порядка и конституционного правления. Рабочие Чили могут не сомневаться в том, что экономические и общественные блага, которых они добились на сегодняшний день, не будут подвергнуты большим изменениям. Печать, радиостанция и телевизионные каналы Народного единства с этого момента должны прекратить передачу информации, иначе они будут подвергнуты нападению с суши и с воздуха. Население Сантьяго должно оставаться дома во избежание гибели ни в чем не повинных людей. Коммюнике подписали: от вооруженных сил Чили генерал Аугусто Пиночет, адмирал Хосе Торибио Мерино, генерал Густаво Ли; от корпуса карабинеров генерал Сесар Мендоса». После этого заявления военной хунты по радио «Порталес» выступил конституционный президент Чили Сальвадор Альенде: «Я заявляю, что не уйду со своего поста и своей жизнью готов защищать власть, данную мне трудящимися!» Спустя некоторое время радиостанция «Порталес» была подвергнута бомбежке с воздуха и замолчала. Около 10 часов утра появившиеся на площади мятежники начали обстрел президентского дворца Ла Монеды, в котором находился Альенде и около сорока защитников дворца. По радио передали приказ хунты № 2, в котором предлагалось всем защитникам Ла Монеды сдаться, иначе в 11 часов дня дворец будет взят штурмом. Президент ответил отказом. Восставшие окружили дворец и стреляли по окнам. Около 12 часов дня самолеты начали обстрел Ла Монеды ракетами. Всего было сделано от семнадцати до девятнадцати залпов. Дворец горел. Около 14 часов мятежники заняли нижний этаж Ла Монеды. В ходе боевых действий погиб Сальвадор Альенде. В руках у президента страны обнаружили автомат, подаренный чилийскому лидеру в 1971 году Фиделем Кастро. По одной из версий, именно из этого то автомата мятежники и расстреляли бездыханное тело с целью имитации самоубийства Альенде. Что на самом деле произошло с президентом – был ли он убит или же покончил с собой – неизвестно. После того как погиб Альенде, оборона дворца продолжалась. Все было кончено около 15 часов. На следующий день по радио и телевидению передали заявление хунты о том, что Альенде покончил жизнь самоубийством и уже похоронен в городе Винья дель Мар. На ряде столичных заводов и фабрик бои шли в течение всего дня. Заняв тот или иной завод, солдаты убивали коммунистов, социалистов и профсоюзных лидеров. Улицы столицы патрулировались днем и ночью. С 18 часов действовал комендантский час, когда запрещалось выходить из дома. Шли повальные обыски и аресты. Успех мятежа был полным. К власти в Чили пришла военная хунта, возглавляемая генералом Аугусто Пиночетом Угарте. Начало идеологическому обоснованию режима было положено незадолго до событий 11 сентября 1973 года, когда в вооруженных силах обнародовали документ под названием «Рождается новый порядок». Составители документа недвусмысленно заявляли, что после их прихода к власти будут распущены все партии и высланы за рубеж партийные политики. «Мы полагаем, что мы, люди оружия, можем установить военную власть, которая позволит нам начертать политическую линию завтрашнего дня. Других сил, которые могли бы это сделать, не существует». Военный режим сразу же объявил состояние «внутренней войны». Генерал Пиночет заявил: «Из всех наших врагов главным и наиболее опасным является коммунистическая партия. Мы должны разрушить ее сейчас, пока она реорганизуется по всей стране. Если нам это не удастся, она рано или поздно уничтожит нас». Ведущую роль в репрессиях играла армия. Были учреждены военные трибуналы, заменившие гражданские суды. Было создано несколько концентрационных лагерей для политзаключенных, в том числе в Писагуа и Чакабуко в пустыне Атакама на севере страны. 21 сентября 1973 года согласно декрету закону № 27 распускался национальный конгресс, как было заявлено, вследствие невозможности «соблюдать в настоящее время законодательные требования, предъявляемые к установленной процедуре принятия законов». По выражению Пиночета, в стране формируется новая демократия – «без плюрализма и политических партий». Значительную роль в первые месяцы репрессий играли военные разведслужбы: армейская разведка, военно морская разведка, разведка военно воздушных сил и разведка корпуса карабинеров. В мировой печати со ссылками на различные источники появились данные, что только за первые недели после переворота было убито 20 тысяч человек, 30 тысяч подверглись жестоким пыткам, более 200 тысяч рабочих были уволены с работы. Ярый противник военного режима, глава чилийской компартии Луис Корвалан, которого Москва обменяла на диссидента Владимира Буковского, в 1985 году свидетельствовал, что за годы военного режима репрессиям было подвергнуто 500 тысяч чилийцев. В марте 1974 года в Хельсинки на 1 й сессии Международной комиссии по расследованию преступлений военной хунты в Чили в ее резолюции фигурировала жесткая формулировка: «Вся картина, которая вырисовывается из анализа этих фактов, напоминает дни прихода к власти германских фашистов»». Дальнейший ход событий покажет, что военные пришли к власти в Чили надолго, хотя сразу после переворота многие политики были уверены, что, сбросив «марксистское правительство» Сальвадора Альенде, мятежные генералы передадут власть гражданским. Однако этого не произошло, что, впрочем, вполне объяснимо. Во первых, за предшествующие годы леворадикальные настроения широко распространились в обществе, особенно среди маргиналов и люмпенов, да и значительной части молодежи. Покончить с ними было непросто. Во вторых, со временем генерал Пиночет почувствовал вкус к власти Его политические амбиции все более возрастали. Он умело и вовремя устранял конкурентов, тщательно просчитывал свои политические ходы. Одновременно с этим он начал новый «социальный эксперимент» – модернизацию страны, которая была прямо противопоставлена «чилийскому пути» к социализму Альенде и его сподвижников. Генерал Пиночет выдвинул задачу добиться экономического роста, установления социальной справедливости через проведение прагматической и реалистичной политики под руководством квалифицированных специалистов, свободных от каких либо политических взглядов и симпатий. Отныне во главу угла ставился отказ от принципа социальной справедливости и утверждение принципов свободы выбора и равенства возможностей. Была ликвидирована система представительной демократии. Первоначально хунта представляла собой нечто вроде коллективного руководства. В «Декларации о принципах» говорилось, что правительство вооруженных сил и сил порядка лишит власть «персонального характера, избегая всякого вождизма». Однако со временем генерал Пиночет сумел сосредоточить в своих руках всю полноту власти. Он устранил всех реальных конкурентов. Генерал Густаво Ли получил отставку. Адмирал Мерино со временем был лишен всякой реальной власти. Министр внутренних дел генерал Оскар Бонилья погиб в авиакатастрофе при невыясненных обстоятельствах.

Летом 1974 года был принят декрет закон № 527 «О юридическом статусе правящей хунты», в котором генерал Пиночет провозглашался «верховным носителем власти». Он был наделен широкими полномочиями, в том числе правом единолично объявлять осадное положение, одобрять или отменять любые законы, назначать или смещать судей.

----------------------------------------------------------------

Свидетели переворота в Чили 11 сентября 1973 г. - в Чили в результате кровавого военного переворота была свергнута власть социалиста Сальвадора Альенде. К власти пришел Пиночет. В течение трех лет после победы осенью 1970г. на президентских выборах блока Народное единство правительство США и его передовой отряд в лице ЦРУ дестабилизировали обстановку в Чили и осуществляли подготовку переворота. Утром 11 сентября 1973г. радиостанции Сантьяго прервали свои обычные утренние передачи. Диктор взволнованно сообщил: через несколько минут будет передано экстренное сообщение. Ультиматум Пиночета гласил: «...президент республики должен немедленно передать свои полномочия чилийским вооруженным силам и корпусу карабинеров, которые решили развернуть борьбу за освобождение отечества... Чилийские вооруженные силы и корпус карабинеров едины в своей решимости взять на себя ответственную историческую миссию и развернуть борьбу за освобождение отечества от марксистского ига и за восстановление порядка и конституционного правления. Рабочие Чили могут не сомневаться в том, что экономические и общественные блага, которых они добились на сегодняшний день, не будут подвергнуты большим изменениям. Печать, радиостанции, телевизионные каналы народного единства с этого момента должны прекратить передачу информации, иначе они будут подвергнуты нападению с суши и с воздуха. Население Сантьяго должно оставаться дома...» Прокламацию военной хунты подписали: от вооруженных сил Чили генерал Аугусто Пиночет, адмирал Хосе Тори Мерино, генерал Густаво Ли; от корпуса карабинеров - генерал Сесар Мендоса. Президент страны Сальвадор Альенде в эфире радиостанции «Порталес» обратился к народу. «Я заявляю, - сказал он, - что не уйду со своего поста. И своей жизнью готов защитить власть, данную мне трудящимися». Председатель Единого профцентра Луис Фигеора призвал рабочих, крестьян, служащих организовать сопротивление. Вскоре радиостанция «Порталес» была подвергнута бомбардировке и замолчала. В десять часов утра танки «Шерман» и бронетранспортеры двинулись к президентскому дворцу «Ла Монеда». Президенту трижды предъявляли ультиматум сложить полномочия и сдаться. Альенде отверг ультиматумы путчистов. В своем последнем обращении к народу он сказал, что войска готовятся к атаке и над зданием кружат самолеты. Он выразил веру в чилийский народ. «Шерманы» окружили дворец и открыли огонь из танковых орудий. Около четырнадцати часов мятежники заняли нижний этаж «Ла Монеды». Страшные кадры о том, как самолеты расстреливают ракетами президентский дворец в Сантьяго, обошли весь мир. Позже стало известно, что непосредственное участие в путче принимали летчики военно-воздушных сил США. Американский самолёт - система связи и управления войсками WB-575 с новейшим электронным оборудованием на борту руководил действиями чилийских самолетов, атаковавших президентский дворец Ла Монеда. Бомбардировка президентского дворца, точность которой поразила даже специалистов, была делом группы мастеров воздушного пилотажа. Они прибыли в Чили из США под предлогом участия в маневрах «Унидас». Сорок человек из охраны Альенде мужественно защищали президентский дворец семь часов. Президент Чили погиб на боевом посту как герой, с оружием в руках. Мятежники лишь на следующий день сообщили о его смерти, заявив, что Сальвадор Альенде покончил жизнь самоубийством и похоронен в городе Винья-дель-Мар. На заводах и фабриках столицы бои шли весь день. Сегодня уже доподлинно известно о зверствах путчистов: заняв предприятия, солдаты убивали коммунистов и социалистов. Безнаказанно вели себя боевики ультраправой организации «Патриа и либертад». Первым из дипломатических представительств вооруженному нападению подверглось посольство Кубы. Карабинеры, нарушив все международные правила, ворвались в посольство Кубы. Второй жертвой стало диппредставительство Советского Союза. Советские граждане стали не только свидетелями путча, но и его жертвами. Как известно, сигнал к военному мятежу дал адмирал Тронкосо, подняв в 6 часов утра мятеж на военно-морской базе в Вальпараисо. Мятежники планомерно осуществляли захват ключевых постов на флоте. В августе 1973г. заговорщикам удалось добиться отставки командующего ВМС адмирала Монтеро, осуществить убийство военно-морского адъютанта президента Арайи. Новый командующий флотом сразу выступил на стороне заговорщиков. 8 сентября Сальвадор Альенде принял во дворце Ла Монеда главнокомандующего ВМС республики адмирала Мерино. Разговор шел на повышенных тонах и завершился обменом выпадами. «Отныне я считаю себя в состоянии войны со штабом флота», - сказал президент. «Чилийский флот за всю свою историю не проиграл ни единой войны», - парировал адмирал. Сразу после начала мятежа отряды морской пехоты были направлены в Сантьяго. Получали они поддержку и со стороны американцев, на 11 сентября были перенесены учения ВМС США и Чили «Унидас», хотя по первоначальным планам они должны были состояться через неделю. От американцев ждали не только моральной поддержки. Американский флот мог не только подвергнуть обстрелу побережье, но и высадить морскую пехоту в случае, если бы путчисты неожиданно встретили сильное вооруженное сопротивление. Помимо того, что в Вальпараисо являлось военной базой, это был, и крупнейший порт страны, в котором находились многие торговые корабли, в том числе и из Советского Союза. Они то и стали свидетелями трагедии. Теплоход «Уильям Фостер» Балтийского пароходства в сентябре в шестой раз пришел в Чили. Но сдать груз сразу не удалось, проходила провокационная забастовка водителей грузовиков, стремившихся парализовать действия правительства Альенде. Как рассказывал капитан теплохода В.И.Голубев, после начала мятежа порт был блокирован военными кораблями. Возле иностранных судов круглосуточно дежурили отряды солдат. Неутихающая стрельба в городе была небезопасна и для моряков. Пули свистели и в порту. Они изрешетили трубу советского теплохода. Никакие протесты советского капитана и капитанов других судов хунтой не принимались во внимание. Путчистами был обстрелян торговый кубинский корабль. Но наибольшие испытания выпали на долю моряков судна «Эклиптика». С целью оказать реальную поддержку правительству Чили, в августе 1971г. было подписано соглашение о сотрудничестве в области рыбной промышленности между нашими странами, а в сентябре 1971г. соглашение о развитии рыбного хозяйства. Американцы отреагировали очень нервно, еще в феврале 1971г. американская газета «Вашингтон пост» заявила, что СССР вместе со строительством рыбного порта в Чили «готовится создать свою военную базу». И это «прелюдия к появлению кораблей советского военного флота у тихоокеанских берегов Южной Америки». Но вместо предсказанных американцами военных кораблей с весны 1972г. в Чили начали работу три советских больших морозильных рыболовных траулера (БМРТ) «Лев Толстой», «Станюкович» и «Хрусталь». Всю до единого килограмма рыбу они поставляли чилийцам, добыв за полтора года к сентябрю 1973г. 36 тысяч тонн рыбы. Советское научно-исследовательское поисковое судно «Эклиптика» вело исследовательский поиск рыбы в прибрежных чилийских водах. Но в начале сентября «Эклиптика» неподалеку от порта Вальпараисо потерпела аварию. После аварии часть экипажа была отправлена самолетом на родину, а 13 человек во главе с капитаном В.А.Афиногеновым остались для устранения повреждений. 11 сентября, когда все уже было готово к снятию судна с мели, в стране произошел военный переворот. В 17 часов в отель «Пратт», где проживали советские моряки, ворвался отряд чилийских морских пехотинцев. В руках - готовое к действию оружие. «Выходите, вы арестованы, - орал офицер, размахивая пистолетом. - За неповиновение - расстрел на месте!» Наши моряки - капитан В.Афиногенов, первый помощник В.Степанов, старпом В.Котовсиков, второй помощник Н.Пузыня, старший механик Н.Войтко, третий механик Я.Агеев, боцман В.Медведик, матросы А.Шарков, С.Жужгин, М.Чернявский, электромеханик В.Ильин, рефрижераторный механик Н.Халиман и начальник радиостанции С.Юралевич - все как один проявили мужество и выдержку. Моряков окружили плотным кольцом и, подталкивая прикладами и штыками, загнали в кузов огромного военного грузовика. Сперва их повезли за город к карьеру для инсценировки расстрела, чтобы запугать моряков, потом привезли на стадион, ставший тюрьмой. После поездки по городу их привезли в военную часть гавани, там путчисты устроили тюрьмы в трюмах кораблей. В гавани наших моряков силой заставили лечь лицом вниз прямо на пристани, при этом моряков били прикладами и кололи штыками четыре часа. После этого военные стали насильно заталкивать людей в трюм транспортного судна «Майпо», приспособленного под тюрьму. Боцман В.Медведик шел первым, подавая пример остальным. Он поднимался по трапу медленным шагом, опустив руки, несмотря на то, что его били прикладами, всем своим видом выражая презрение к тюремщикам. Глядя на боцмана, опустили руки и остальные. Так и прошли под градом ударов. Когда подошли к горловине трюма, морякам приказали спускаться. Но когда боцман наклонился, чтобы нащупать ступеньку трапа, к нему подскочил солдат и ударом приклада столкнул вниз с шестиметровой высоты. Он чудом остался жив, получив тяжелые увечья. То же произошло и с рефрижераторным механиком Н.Халиманом. Капитан 3 ранга Фернандо Камо, назначенный хунтой новым военно-морским губернатором Вальпараисо, получил требование о немедленном освобождении экипажа «Эклиптика» на следующее же утро после переворота. Заверив представителя Минрыбхоза СССР в Чили Рудольфа Стрельбицкого в том, что все будет сделано без проволочек, он, однако, не спешил выполнять свое обещание. После долгой бессонной ночи, проведенной в трюме, моряки находились на палубе плавучей тюрьмы почти целый день. Пока за ними не приехал автобус, и под охраной автоматчиков их доставили в здание Военно-морской академии Чили, а В.Медведика поместили в госпиталь. После того, как морякам отдали паспорта моряков загранплавания, им разрешили вернуться в отель, где они находились еще неделю на положении арестантов. После настойчивых требований работников посольства СССР всех членов экипажа переправили на борт калининградского БРМТ «Станюкович». На нем они и вернулись к родным берегам. Помимо моряков вкусили «прелести» застенков хунты и другие советские граждане. В Вальпараисо были арестованы и брошены в тюрьму три наших инженера, работавших на совершенно мирном объекте - домостроительном комбинате, который был бескорыстно построен Советским Союзом и пущен в строй после разрушительного землетрясения в Чили. Их обвинили в том, что они являются советскими военными, прибывшими в Чили для организации партизанского движения. Для их освобождения было приложено также немало усилий. Произвол и беззаконие были допущены в отношении группы советских артистов, находившихся в стране. Были подвергнуты обыску, сопоставимому с погромом, помещения бюро советского агентства печати «Новости» и ТАСС. Имели место обыски квартир советских граждан. Но ситуация могла быть еще более сложной. В момент начала путча в Чили едва не оказались корабли ВМФ СССР, которые шли туда с дружественным ответным визитом. 13-16 апреля 1972г. в порту Владивостока с официальным дружественным визитом находился чилийский военно-учебный парусный корабль «Эсмеральда». В ответ на этот визит командование ТОФ предложило, а Главный штаб ВМФ утвердил ответный визит плавучей базы подводных лодок проекта 1886 «Иван Кучеренко» с курсантами ТОВВМУ им. С.О. Макарова, с плавбазой шел танкер «Вишера». Как это было, в своих воспоминаниях описал А.Т. Штыров - в ту пору первый зам. начальника разведки ТОФ: «В назначенный срок отряд вышел из Владивостока ... В один из распрекрасных дней, когда плавбаза уже миновала Гавайи и легла курсом на Южную Америку, находясь в штабе, я получил необычное телеграфное сообщение. Оно гласило: «В Чили произошел переворот. Президент Сальвадор Альенде убит. К власти пришла военная хунта. ЮПИ. Токио». Корабль лег в дрейф. В таком состоянии он пребывал трое суток. Наконец после утряски с МИД кораблю было дано указание - следовать в Перу. С программой делового захода». В Сантьяго советским людям также пришлось столкнуться с произволом путчистов. Советское диппредставительство было окружено солдатами. В первые же часы посольство отключили от го­родской электросети, умолк телефон. Советские представители были лишены возможности пользоваться каналом международной телеграфной связи. Посольство, по существу, оказалось глухим и слепым. На прилегающих улицах круглосуточно дежурили передвижные пеленгаторы. Эти машины также видели у корпунктов ТАСС и АПН. Хунта в любой момент могла совершить налет на наши представительства в Сантьяго. Оставался один канал связи с Москвой - через агентурную радиостанцию ГРУ. Сеансы связи проводились через каждые два-три часа, а в дни путча с 11 по 26 сентября - непрерывно. Только в первый день переворота в Центр было передано семьдесят радиограмм. Чилийская хунта делала все возможное, чтобы оставить посольство без связи с Москвой. Судя по всему, она была даже уверена, что смогла этого добиться. Но Пиночет просчитался. Не помогли ни цепи автоматчиков, ни отключение электроэнергии, телефонов, телеграфа, ни дежурство радиопеленгаторов. 23 сентября 1973г. в газетах было опубликовано «Заявление советского правительства», в котором осуждался военный переворот в Чили и объявлялось о разрыве дипломатических отношений между нашими странами. 26 сентября представители советского посольства покинули Сантьяго, улетев на самолете. Но, как оказалось, дела в Чили у наших людей еще оставались.

27 сентября 1973г., на шестнадцатый день после государственного переворота в Сантьяго на конспиративной квартире был арестован Генеральный секретарь Компартии Чили Луис Корвалан. Первые два месяца он провел в столице, затем с декабря 1973г. по июль 1974г. был заключенным в концлагере на острове Досон в Тихом океане. В конце 1973г. в КГБ СССР с участием представителей почти всех родов войск и Генштаба ВС СССР была разработана операция по освобождению Корвалана из плена. В операции намечалось задействовать торговое судно, заход которого в воды южной части Тихого океана не должен был вызвать подозрений. Под его верхней палубой разместились бы три боевых вертолета. К условленному месту в подводном положении прибывают две подводные лодки. Средства космической разведки обеспечивают контроль за обстановкой как на море, так и в воздухе. В момент подхода «торговца» к острову Досон вертолеты с десантниками поднимаются в воздух и на бреющем полете атакуют казармы охраны и радиостанцию лагеря. Основной расчет делался на внезапность и мощь удара, что должно было подавить любую попытку сопротивления. Операцию завершает десант. Корвалан и другие освобожденные поднимаются на борт вертолетов, которые доставляют их вместе со штурмовой группой на подводные лодки. Вертолеты же предполагалось взорвать и затопить на большой глубине, чтобы скрыть их государственную принадлежность. А торговое судно мирно продолжало бы свой «обычный» рейс. План, несмотря на очевидную авантюрность, был в целом принят. С одобрения председателя КГБ СССР Ю.Андропова начался сбор необходимой информации. Но по мере её поступления выяснилось, что нет гарантий избежать огласки и международного скандала и спасти Корвалана без риска для его жизни. Операцию отменили, и КГБ нашло другие пути для его спасенияю 18 декабря 1976г. Корвалана обменяли на диссидента Буковского.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

КАК УБИВАЛИ ВИКТОРА ХАРУ

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

fleri-a.livejournal.com

Военный переворот в Чили 11 сентября 1973 г

11 сентября 1973 года в Чили в результате вооруженного переворота было свергнуто социалистическое правительство «Народного единства». Глава этого правительства, президент Сальвадор Альенде совершил самоубийство. В результате переворота власть в стране была захвачена военной хунтой во главе с Аугусто Пиночетом.

Президент-социалист Альенде пришел к власти тремя годами ранее, одержав победу на президентских выборах 4 сентября 1970 года.  Его главной целью являлось установление в Чили социализма. В связи с этим новое правительство провело национализацию частных банков и некоторых промышленных предприятий, в том числе и медных рудников. Международная политика была направлена на сближение с такими социалистическими странами как Куба и Китай.

Ко второй половине 1973 года государство контролировало более 500 крупных промышленных предприятий в стране, дававших более половины валовой продукции страны. Государственными были 85% железных дорог. Для поддержания безземельных и малоимущих крестьян было экспроприировано более 5,4 млн. гектаров земельных угодий. Более 70% всех операций внешней торговли так же находились под контролем государственных структур.

Но вместе с этим в стране росло недовольство. То и дело вспыхивали вооруженные стычки между сторонниками и противниками социалистов. Увеличилось количество террористических актов. В июне 1973 года была совершена неудачная попытка вооруженного государственного переворота. Он не увенчался успехом, и в ответ на это по всей стране начались антиправительственные забастовки. Никто не сомневался, что эта попытка переворота будет не единственной, необходим был только сильный лидер, который вскоре и появился на политической арене.

Ход переворота

Незадолго до переворота Пиночет был назначен главнокомандующим войсками страны. Под его началом в сентябре 1973 года проходили совместные с ВМФ США учения «Унидес». Рано утром 11 сентября несколько судов чилийских ВМФ неожиданно обстреляли портовый город Вальпараисо. Высадившимся десантом были захвачены телецентр, радиостанции и еще целый ряд важных стратегических объектов города. Войска также захватили, штаб-квартиры партий, входивших в блок «Народного единства».

Через местные радиостанции мятежники передали заявление о государственном перевороте и создание военной хунты  во главе с Аугусто Пиночетом.  В состав самопровозглашенного правительства вошли генерал Сесар Мендоса - директор корпуса карабинеров, командующий ВМФ, адмирал Хосе Мерино и командующий ВВС генерал Ли.

Вскоре в столице мятежные войска начали готовить штурм президентской резиденции, расположенной во дворце «Ла Монеда». На защиту его вышло всего около 40 человек. Несмотря на то, что в распоряжении штурмующих были танки и авиация, защитники существующего правительства отвергли предложение о капитуляции и беспрепятственном выезде из страны. В результате, «Ла Монеда» была захвачена путчистами, но Сальвадор Альенде отказался подчиниться их требованиям и сложить с себя президентские полномочия. Многие десятилетия считалось, что он погиб в бою, но проведенная в 2011 году судебно-медицинская экспертиза сделала заключение, что президент покончил с собой еще до того, как мятежники ворвались в его резиденцию.

Власть оказалась в руках хунты. Указ 17 декабря 1974 года официально провозгласил Аугусто Пиночета президентом республики Чили.

Указами нового правительства все забастовки были объявлены вне закона, полностью запрещены профсоюзы, а также все политические партии левого толка. Законом от 1975 года подлежали закрытию любые средства массовой информации, сообщения которых могли бы быть расценены как «антипатриотические». Были упразднены все органы самоуправления, все руководящие должности отныне занимали ставленники хунты. Университеты подверглись жестокой чистке, а после были переданы под надзор военных.

В 1979 году была объявлена амнистия всем, кто был причастен к убийствам, совершенным в ходе переворота 1973 года.

Власть Пиночета

Аугусто Пиночет находился во главе страны 27 лет, до 1990 года. За это время по политическим мотивам было убито более 3 тысяч человек, 1,5 тысячи считаются пропавшими без вести. По официальным данным, более 28 тысяч человек были подвергнуты пыткам. Все эти данные были обнародованы специальной комиссией Реттига, созданной через год после ухода Пиночета с поста президента Чили.

Одним из наиболее ярких примеров жестокости правления хунты было убийство известного музыканта Виктора Хары, который всегда открыто высказывал свои коммунистические взгляды. Он был расстрелян на стадионе «Чили» после продолжительных издевательств и пыток. С 2003 года этот стадион носит имя бесстрашного артиста.

В 1990 году диктатор передал свои полномочия новому избранному президенту  Патрисио Эйлвину. Но окончательно отказываться от власти он не собирался, оставшись командующим армией, а после отставки в 1998 году, занял кресло пожизненного сенатора.

В это время совершались неоднократные попытки привлечь бывшего диктатора к суду за все совершенные преступления. Но в 2006 году его признали виновным в совершении всего лишь двух убийств.

Аугусто Пиночет умер 10 декабря 2006 года. Государственный траур не объявлялся, тело было кремировано и похоронено без пышных церемоний. Но известие о его смерти привело к массовым демонстрациям по всей стране, сторонники скорбили, а противники ликовали.

www.historytoday.ru

11 сентября 1973-го…

Утром 11 сентября все было кончено. В руках путчистов находились практически все ключевые объекты Сантьяго. Лишь в рабочих кварталах столицы Чили самые отчаянные и смелые продолжали оказывать сопротивление.

Путчисты были почти уверены, что Сальвадор Альенде капитулирует. Президентский дворец «Ла Монеда» уже был окружен. Лидер переворота генерал Пиночет уже передал ультиматум. Он требовал, чтобы Президент страны и его сторонники прекратили сопротивление и были подписаны документы об отставке. В случае отказа Пиночет готов был начать штурм президентского дворца.

Долгая политическая карьера Сальвадора Альенде, врача по профессии никогда не была связана с насилием, за свои принципы он предпочитал бороться словом…

29-ый Президент Чили — Сальвадор Альенде Госсенс (Salvador Allende Gossens) был один из легендарных лидеров Латинской Америки XX столетия; противоречивый сын своего противоречивого времени. Именно ему была присуждена Ленинская премия «За укрепление мира между народами» 1973 года. Это был первый в истории человек, удостоенный титула «Товарищ президент». Он был аристократом по происхождению,  убежденным социалистом по политическим взглядам; борцом за права бедноты, открывшим двери президентского дворца «Ла Монеда» для рабочих и крестьян.

Сальвадор Альенде, родился 26 июня 1908 года в Вальпараисо, красивом городе на юге Чили. Он был пятым ребенком в чилийской аристократической семье, предки которой неистово боролись против испанских колонизаторов. Его отец, дон Сальвадор Альенде Кастро, с одной стороны, был успешным юристом, имеющим свою нотариальную контору, с другой стороны — членом чилийской Радикальной партии, вольнодумцем по убеждениям и членом масонской ложи «Справедливость и свобода».

Итак, Сальвадор Альенде по праву рождения мог принадлежать к тем, кто не бедствовал, получая часть «пирога», достававшегося воротилам бизнеса из США. Но он выбрал другой путь.

В 25 лет Сальвадор Альенде с единомышленниками основал Социалистическую партию Чили. В стране, где в этот момент очередной диктатор отчаянно подражал Муссолини, это было просто безумием. Расплатой стали полгода тюрьмы и невозможность найти нормальную работу. Дипломированный медик получил  только место патологоанатома в морге. Позднее он иронизировал: «Я мечтал о профессии детского врача, а стал потрошителем трупов».

К счастью, он сумел преодолеть все препоны и преграды и стал одним из лучших врачей в Чили.. Одновременно шла в гору его политическая карьера. С конца 1930-х годов Сальвадор Альенде на протяжении 30 лет неизменно избирался в национальный парламент.

На президентских выборах 1970 года борьба кандидатов разгорелась нешуточная, американские спецслужбы всеми силами пытались не допустить победы популярнейшего среди простого народа политика. (Из рассекреченных в США архивов стало известно, что на меры по его дискредитации, американцами был потрачен не один десяток млн. долларов. История повторяется. Примеров этому огромное множество. Взять хотя бы нашу страну…Или страны Латинской Америки, ту же Венесуэлу или Никарагуа).

Но вернемся почти на полвека назад.

При правительстве Альенде был проведен ряд экономических реформ, в т.ч. национализированы компании горнодобывающей отрасли – главной составляющей экономики государства, что вызвало мгновенную реакцию со стороны США и Англии. Благодаря проведенному в жизнь правительством президента закона об аграрной реформе, значительное количество крестьян получили землю и объединились в кооперативы. Народное правительство осуществляло госконтроль над предприятиями, производящими предметы первой необходимости, заработная плата стала индексироваться с учетом инфляции, правительство заморозило транспортные тарифы и коммунальные платежи и старалось сдерживать цены на самые необходимые для населения товары.

Действуя в рамках законности, народное правительство старалось устранить пропасть между государством и народом. Трудовых людей впервые стали слушать в министерствах, рабочие участвовали в управлении предприятиями, несколько рабочих-коммунистов даже стали министрами в правительстве страны.

Но уже на следующий год народное правительство столкнулось с мощным противодействием со стороны олигархов и латифундистов (крупных землевладельцев). Вскоре последовали вывоз капиталов из страны и бойкотирование американцами чилийского рынка меди – основного источника валютных пополнений государственной казны. Затем были заморожены все заграничные чилийские банковские счета, всего за год инфляция возросла практически в 8 раз! В стране началась череда диверсий, убийства поддерживающих социалистическое правительство активистов, организованные внешними силами демонстрации. Правые силы при содействии США вели подготовку к совершению военного переворота в стране. Международными спецслужбами были предприняты срочные меры по подрыву чилийской экономики и по организации антиправительственного движения.

В августе 1973 г. чилийские законодатели обвинили президента во всех бедах и смертных грехах. 11 сентября в Чили должен был состояться плебисцит о доверии народа президенту. Силы, не желающие национализации главных отраслей промышленности и освобождения чилийского народа, опасались, что народ скажет «Да» своему Companiero Presidente («Товарищу Президенту»).

В этот день 45 года назад, на другом конце планеты был совершен государственный переворот. Когда Сальвадору Альенде сообщили о мятеже, он отправился в президентский дворец. Прощаясь с женой, Президент сказал: «Только мертвым оставлю «Ла Монеду», но я умру, сражаясь.» Что и случилось!

В 11:00 начался штурм дворца «Ла Монеда», сюда были подогнаны войска и тяжелая техника. Военные самолеты кружили над столицей. Горел президентский дворец, атакуемый самолетами и танками.

Это была отлично спланированная военная акция с применением пехоты, артиллерии и авиации. Офицеры, которые отказались поддержать путчистов, были уничтожены. Занявшие тот или иной объект военные расстреливали социалистов, коммунистов, профсоюзных лидеров. Шли повальные аресты и обыски.

Во всем Сантьяго была лишь одна радиостанция «Магальянес», которую не контролировали путчисты. В эфире именно этой радиостанции звучало последнее обращение Companiero Presidente Сальвадора Альенде к народу:

— «Соотечественники! Наверное, это моя последняя возможность обратиться к вам… В моих словах не горечь, а разочарование, и они будут моральной карой тем, кто нарушил принесенную присягу: военным Чили — командующим родами войск и адмиралу Мерино, который назначил себя командующим флотом, а также господину Мендосе, генералу-подлецу, который еще вчера заявлял о своей верности и преданности правительству, а теперь тоже провозгласил себя генеральным директором корпуса карабинеров. Перед лицом этих событий мне остается сказать трудящимся одно — я не уйду в отставку! На этом перекрестке истории я готов заплатить жизнью за доверие народа. И я с убежденностью говорю ему, что семена, которые мы заронили в сознание тысяч и тысяч чилийцев, уже нельзя полностью уничтожить. У них есть сила, и они могут подавить вас, но социальный процесс нельзя остановить ни силой, ни преступлением. История принадлежит нам, и ее делают народы…».

В момент передачи обращения президента радиостанция «Магальянес» была атакована. Ворвавшиеся в здание мятежники расстреляли всех находившихся там сотрудников.

Во время штурма дворца «Ла Монеда» Сальвадор Альенде погиб. По версии сторонников, он был расстрелян нападавшими, а по версии военной хунты, последними выстрелами он сам застрелился из автомата, не желая попадать в плен.

После того, как погиб последний защитник законной власти, в президентский кабинет ворвались восставшие мятежники и в упор расстреляли уже мертвого Альенде. Его боялись. Даже мертвым… Захватившие дворец путчисты всадили в уже мертвое тело тринадцать дополнительных пуль. А на следующий день по указанию новых властей он был похоронен в безымянной могиле. Его хоронили в г. Винья-дель-Мар в закрытом гробу, без свидетелей, не дав возможности близким проводить его в последний путь, только его вдове позволили идти за гробом.

В 1980 г. гроб с останками был перезахоронен в семейном склепе на кладбище Сантьяго. А через несколько лет военная хунта с позором ушла в небытие,

Своим принципам Сальвадор Альенде остался верен до конца. В мире было, есть и будет немало политиков, меняющих свои взгляды и принципы, как перчатки, в зависимости от текущего момента. А вот таких, как доктор Альенде, сегодня почти не осталось. И в заключение хочется привести его — слова 29-го Президента Чили:

— «Народ должен защищаться … , он не должен приносить себя в жертву, …он не может допустить, чтобы его унижали!».

Как это актуально сегодня,  через 45 лет, прошедших после военного переворота! Надо сказать, что в Москве ежегодно 11 сентября в 11.00 на улице Сальвадора Альенде собираются представители общественности, столичные коммунисты и комсомольцы, сотрудники посольств и просто неравнодушные москвичи, чтобы почтить память человека с большой буквы, до конца выполнившего свой долг перед своим народом.

В 1998 году Агентство национальной безопасности США рассекретило документы по «проекту FUBELT» — целому ряду операций ЦРУ, направленных на свержение Сальвадора Альенде. Среди них и непосредственная подготовка захвата власти военной хунтой во главе с генералом Аугусто Пиночетом в сентябре 1973 года, а также политическая и финансовая поддержка нового режима. Документы свидетельствуют: на переворот в Чили были брошены беспрецедентные силы и финансовые средства. А в начале 1970-х происходящее в Чили пытались выдать за результаты политики Альенде — мол, проблемы в экономике связаны не с давлением извне, а с «пагубной социалистической практикой». И тогда, и сейчас многое происходит по привычному и до боли знакомому сценарию, автором и исполнителем которого являются США и мировой капитал.

Лидером военной хунты после свержения Сальвадора Альенде стал Аугусто Пиночет, который любил повторять:

— «Демократию необходимо время от времени купать в крови, чтобы она оставалась демократией»,

Свои слова генерал Пиночет подтверждал делом. Первыми жертвами стали чилийские коммунисты и социалисты. Только за месяц нахождения хунты у власти были убиты несколько тысяч человек. В Чили и по сей день не знают точно, сколько именно. Источники, лояльные к Пиночету, говорят о 3000 убитых, его противники утверждают, что это число нужно как минимум умножить на 10. Сегодня спустя 45 лет после переворота остаётся неизвестной судьба тысяч человек, пропавших без вести во время правления Пиночета. Свидетели рассказывали, что на стадионе Сантьяго, превращённом в концлагерь для противников хунты, трупы убитых были сложены в штабеля. Тела жертв плыли по реке Мапочо, часть останков вывозилась военными вертолётами и сбрасывалась в океан.

Эти события напоминают нам случившийся ровно через двадцать лет после переворота в Чили Черный Октябрь в Москве четверть века назад. Видимо, купание демократии в большой крови является визитной карточкой капитализма и капиталистов..

Подготовлено по открытым источникам.

Людмила Вознесенская, Пресс-служба МГК КПРФ

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.

msk.kprf.ru

Чили. 11 сентября 1973 года

Чили. 11 сентября 1973 года

Одно из самых сильных потрясений моей жизни, которое лично меня не касалось никак, но коснулось так, что до сих пор ощущаю в сердце занозу. И не потому, что я как-то особенно была политизирована. Но перед глазами всего человечества разворачивалась история великой силы духа и величайшего предательства. Один из ярчайших примеров подлости человеческой и — несгибаемости перед лицом смерти.

Я не могла спокойно начать писать об этом. Такое уже было в этой книге — такие фрагменты, которые дались мне невероятным трудом и болью. Никак не могла подступиться.

Сейчас — об одном из таких моментов человеческой истории в целом, и моей жизни — в частности.

Его надо знать тем, кто тогда еще не жил. Знать, понимать и делать выводы.

В 1970-м году в Чили на выборах победил Блок народного единства. Президентом страны стал представитель блока — Сальвадор Альенде.

Сальвадор Альенде, проводивший коренные преобразования. Например, национализацию крупной промышленности, многие предприятия которой принадлежали корпорациям США. Следовательно, интересы США были затронуты непосредственным образом. В 1971 году была национализирована медь (почти половина мировых запасов меди находится на территории Чили).

Одиннадцатого сентября 1973 года в Чили произошел военный переворот, организованный и оплаченный ЦРУ США.

Рано утром 11 сентября произошел массовый расстрел солдат и офицеров, верных президенту. Их трупы были сброшены в море.

Следующий этап: высадка десанта и захват города Вальпараисо.

Потом предатели пошли на Сантьяго де Чили — столицу государства.

Они захватили телецентр и радиостанции.

К 9-ти утра оставалась только одна радиостанция «Магальянес» («Magallanes») — последняя, поддерживающая президента Альенде.

Эта радиостанция передала миру последнее обращение президента к своему народу.

Во время этой прямой передачи радиостанцию бомбили, а потом она была захвачена мятежниками. Все сотрудники радиостанции были убиты. Весь мир слышал последние слова погибающих людей, слова чилийского гимна национального единства:

El pueblo unido jamAs serA vensido… (Единый народ никогда не будет побежден, или — Пока мы едины, мы непобедимы)

…Автоматные очереди… Тишина…

Я много раз слушала запись речи Сальвадора Альенде. Меня поражали его спокойствие, уверенность и благородство перед лицом смерти. Его вера в конечную справедливость, его самообладание. Сейчас есть прекрасная возможность услышать голос этого благороднейшего народного лидера. Даже если вы не знаете испанского — это не важно. Я приведу русский текст. Вам достаточно найти в YouTube ролик под названием «Ultima alocuciOn de Salvador Allende en „Radio Magallanes“» («Последнее выступление Сальвадора Альенде на „Радио Магальянес“».)

Некоторые слова заглушены стрельбой.

Вот русский текст:

Соотечественники!

Наверное, это моя последняя возможность обратиться к вам: военно-воздушные силы бомбили радиостанции «Порталес» и «Корпорасьон». В моих словах не горечь, а разочарование, и они будут моральной карой тем, кто нарушил принесенную присягу: военным Чили — командующим родами войск и адмиралу Мерино, который назначил себя командующим флотом, а также господину Мендосе, генералу-подлецу, который еще вчера заявлял о своей верности и преданности правительству, а теперь тоже провозгласил себя генеральным директором корпуса карабинеров.

Перед лицом этих событий мне остается сказать трудящимся одно — я не уйду в отставку!

На этом перекрестке истории я готов заплатить жизнью за доверие народа. И я с убежденностью говорю ему, что семена, которые мы заронили в сознание тысяч и тысяч чилийцев, уже нельзя полностью уничтожить.

У них есть сила, и они могут подавить вас, но социальный процесс нельзя остановить ни силой, ни преступлением.

История принадлежит нам, и ее делают народы.

Трудящиеся моей родины!

Я хочу поблагодарить вас за верность, которую вы всегда проявляли, за доверие, оказанное вами человеку, который был лишь выразителем глубоких чаяний справедливости и который, поклявшись уважать конституцию и закон, сдержал свое слово. Это решающий момент, последний, когда я могу обратиться к вам. Но я хочу, чтобы вы извлекли урок. Иностранный капитал, империализм в союзе с реакцией создали условия для нарушения вооруженными силами традиции, верности которой их учил генерал Шнейдер1 и которой остался верен майор Арайа2. Оба они стали жертвами тех социальных слоев, которые сегодня отсиживаются в своих домах, надеясь чужими руками вернуть себе власть, чтобы и дальше защищать свои барыши и привилегии.

Я обращаюсь прежде всего к простой женщине нашей страны, к крестьянке, которая верила в нас, к работнице, которая много трудилась, к матери, которая знала, что мы заботимся о ее детях.

Я обращаюсь к специалистам нашей родины, к специалистам-патриотам, к тем, кто все эти дни продолжал работать, чтобы сорвать заговор, в то время как профессиональные объединения специалистов, классовые объединения помогали заговорщикам с целью защитить преимущества, которые дал немногим капитализм.

Я обращаюсь к молодежи, к тем, кто с песней отдавал борьбе свой задор и силу духа.

Я обращаюсь к гражданину Чили — к рабочему, крестьянину, интеллигенту, к тем, кого будут преследовать, потому что в нашей стране уже давно — в покушениях террористов, в взрывах мостов, в разрушении железнодорожных линий, нефте— и газопроводов — ощущалось присутствие фашизма. С молчаливого согласия тех, кто был обязан… 3 Их будет судить история.

Наверное, радиостанцию «Магальянес» заставят замолчать, и до вас уже не дойдет твердость и спокойствие моего голоса. Это неважно. Меня будут слышать, я всегда буду рядом с вами. По крайней мере, обо мне будут помнить как о достойном человеке, который отвечал верностью на верность трудящихся.

Трудящиеся моей родины!

Я верю в Чили и в судьбу нашей страны. Другие чилийцы переживут этот мрачный и горький час, когда к власти рвется предательство. Знайте же, что не далек, близок тот день, когда вновь откроется широкая дорога, по которой пойдет достойный человек, чтобы строить лучшее общество.

Да здравствует Чили!

Да здравствует народ!

Да здравствуют трудящиеся!

Таковы мои последние слова.

И я уверен — моя гибель не будет напрасной. Я уверен, что она будет, по крайней мере, моральным уроком и наказанием вероломству, трусости и предательству.

11 сентября 1973 г.

(Опубликовано: Альенде С. История принадлежит нам. Речи и статьи. 1970–1973. — М.: Политиздат, 1974. — С. 378–380.)

Сейчас считается, что Сальвадор Альенде покончил жизнь самоубийством перед тем, как в помещение, где он находился, ворвались путчисты. Они расстреливали уже мертвое тело (в нем при повторном вскрытии обнаружено 13 пуль).

Это все — победа зла и подлости — произвело сильнейшее впечатление.

И еще. Происходило ужасное. На глаза всего мира. И мы ничем не могли помочь.

Это как в поэме Давида Самойлова «Ближние страны», где поэт описывает свои ощущения во время гибели Варшавы во время подавления фашистами бунта Варшавского гетто. Наши войска стояли на другом берегу. Приказа наступать не было.

…Я их вижу. Прекрасно их вижу!

Но молчу. Но помочь не могу…

…Путчисты загнали тысячи человек на стадион в Сантьяго. Среди арестованных был и замечательный певец, композитор, режиссер, автор песни Venseremos, воодушевлявшей народ, — Виктор Хара. После жесточайших четырехдневных пыток он был расстрелян. Тела убитых людей путчисты вывозили со стадиона на грузовиках и выбрасывали прямо на улицах. Жена Виктора — Джоан Хара — нашла его тело в городском морге. Грудь его была изрешечена пулями, руки раздроблены. На бирке, приклеенной к плечу, значилось: «Неизвестный. Подобран на улице».

И знаете, что еще было? Во время правления Пиночета запрещены были в Чили народные инструменты. Они ассоциировались с порывом народа к свободе.

23 сентября 1973 года пришло сообщение о смерти великого поэта Чили — Пабло Неруды (лауреат Нобелевской премии 1971 года). Подробностей мы не узнали. Потом выяснилось, что в его дом несколько раз приходили путчисты, обыскивали, грабили. Неруду решено было отправить в госпиталь — ради обеспечения безопасности. Его водитель и охранник свидетельствовал: физически Неруда чувствовал себя хорошо. А после ночи, проведенной в госпитале, позвонил и сказал, что ему, спящему, сделали укол в живот, от которого ему очень плохо. Вскоре Неруда скончался.

Последние строки биографии Пабло Неруды «Признаюсь: я жил» посвящены Сальвадору Альенде. Поэт писал их сразу после путча, непосредственно перед собственной гибелью:

«Вся деятельность Альенде, имеющая неоценимое значение для чилийской нации, привела в бешенство врагов освобождения Чили. Трагический символ этого кризиса — бомбардировка правительственного дворца. Невольно вспоминается блиц-криг нацистской авиации, совершавшей налеты на беззащитные города Испании, Великобритании, России. То же преступление свершилось в Чили: чилийские пилоты спикировали на дворец, который в течение двух столетий был центром политической жизни страны.

Я пишу эти беглые строки — они войдут в мою книгу воспоминаний — три дня спустя после не поддающихся здравому смыслу событий, которые привели к гибели моего большого друга — президента Альенде. (…)

…Этот замечательный человек ушел из жизни изрешеченный, изуродованный пулями чилийской военщины, которая снова предала Чили». (Пабло Неруда. «Признаюсь: я жил». М., Политиздат, 1978.)

У меня было несколько знакомых студентов и студенток из Чили. Они оказались в жесточайшей ситуации: не получали долгое время вестей от своих родных, не знали, живы ли их близкие. У некоторых, как я узнала позже, действительно погибли братья и сестры.

И вот что еще. Я перебираю в памяти государственных деятелей, президентов… Нет ни одного аналогичного Сальвадору Альенде примера. Примеров трусости, жестокости, алчности, тирании — хоть отбавляй. А вот такого — чтобы в последние минуты жизни обращался — и с каким спокойствием, с какой любовью — к своему народу: женщинам, мужчинам, юношеству…

Нет, не было.

Сальвадор Альенде — уникальный пример Человека.

Мне повезло, что я жила в одно с ним время. Я точно знаю, что такие люди рождаются. Его образ дарил и дарит мне по сей день надежду и свет.

Следующая глава

biography.wikireading.ru

11 СЕНТЯБРЯ 1973

Наступил рассвет того дня, который столько чилийцев ожидало с тревогой и верой.

Решатся ли выступить Вооруженные Силы? Будут ли они едины? Начнется или нет гражданская война? Сколько людей погибнет?

Эти и другие подобные вопросы сковывали сердца большинства чилийцев, уже истощенных уличными манифестациями и взываниями к законности. Чилийская демократия была уже окончательно разрушена.

Неизвестность и неведение начали рассеиваться в 8 часов утра после оглашения первого воззвания военных. По меньшей мере, Вооруженные Силы выступили в единстве.

Последуем за лейтенантом Красновым в его воспоминаниях. Накануне он получил разрешение на короткую отлучку, чтобы навестить свою жену и только что родившуюся дочь. Вскоре за ним пришли — необходимо было его срочное присутствие в Военном училище, так как шла подготовка к контрольным обыскам в поисках незаконно хранящегося оружия в одном из пригородных районов Сантьяго. Взвод его кадет должен был быть готов к 5-ти часам утра следующего дня, 11 сентября.

Офицер пунктуально выполнил приказ, но прошло более двух часов и ничего не происходило. В 7.30 утра был получен приказ к построению всего личного состава училища на плацу Алпакаталь. Начальник училища, полковник Нило Флуди приказал включить громкоговорители для трансляции радио «Agricultra» и все услышали первое воззвание, в котором Вооруженные Силы и правоохранительные органы объявляли о совместном решении принять на себя ответственность за управление страной. Ответом кадет было единое и громогласное «Ура!».

В тот же момент начальник училища взял слово и вкратце описал положение в стране и последствия принятого военного решения. В заключение добавил: «После моих объяснений — кто-либо имеет какие-либо сомнения?»

Воцарилась тишина. Полковник Флуди повторил: «Если кто-либо не согласен — сделать шаг вперед».

В ответ прозвучал один голос: «Я, господин полковник! Я не согласен с тем, что происходит».

Это был сержант из музыкантского взвода. Начальник училища ограничился тем, что вежливо спросил у него — не мог бы он объяснить свою точку зрения? Сержант ответил, что принимал участие в политических собраниях, на которых он определился с другой позицией.

Полковник Флуди, поблагодарив сержанта за честность и откровенность, приказал ему сдать военное обмундирование и оружие: «С этого момента Вы перестали принадлежать к Вооружённым Силам республики Чили. Можете удалиться к себе домой в гражданской одежде, а когда ситуация нормализуется, в установленном порядке Вы должны оформить своё увольнение из рядов Вооружённых Сил. Надеюсь, — добавил полковник в заключение, — что мы никогда не встретимся в боевом столкновении на противоположных сторонах».

Думаю, что следует поблагодарить бригадира Краснова за эти воспоминания, так как, много лет спустя, мы можем ознакомиться с данным значительным диалогом. В нем чувствуется благородство и честь, уважение к личным убеждениям, проявленные со стороны военной власти в отношении скромного военнослужащего. Мы не всегда поступаем подобным образом, но пример такого обоюдного уважения всегда является поучительным уроком, достойным быть известным для всех.

В то утро, в 11 часов 30 минут, инструкторы и кадеты Военного училища должны были занять резиденцию президента Альенде, расположенную на улице Томаса Моро. Начальник училища поручил выполнение этого задания лейтенанту Краснову, в распоряжение которого поступил взвод кадет. Предварительно эта резиденция подверглась бомбардировке Военно-Воздушными Силами, так как было известно о нахождении там большого количества оружия и многочисленной охраны из числа GAP («Grupo de Amigos Personales» — так называемой «Группы персональных друзей» президента), своего рода нерегулярной полиции, составленной из террористов, которые сопровождали президента Альенде (или следили за ним?).

Лейтенант Краснов хранит в памяти впечатления о своем первом боевом крещении. Так же как и кадеты под его командованием, он едва сдерживал эмоции. К тому же, чувствовал сердцем духовное присутствие его предков. Теперь настал его черед. Его родители и деды когда-то отдали свою жизнь за те же самые ценности, которые он должен был защищать сейчас, уже на других широтах. Другое знамя, но идентичные идеалы: религиозная вера, патриотизм, достоинство и свобода его сограждан…

Когда лейтенант и его люди прибыли к президентскому дому, честно говоря, в нем не оставалось ни одного члена GAP. Но зато жители соседних домов уже во всю занимались разграблением здания. Ковры, украшения, люстры — все буквально вытекало на улицу. Сначала необходимо было заставить немедленно разойтись всех этих коллекционеров «сувениров». Лейтенант Краснов вместе с другими офицерами, пятью прапорщиками и десятью солдатами первыми направились к дому, Но подход не был спокойным. Из близлежащих укрытий из здания INACAP (пересечение улиц Томаса Моро и Лос миникос) одновременно несколько снайперов открыли плотный огонь. Только осуществив скоординированные передвижения под огнем противника, весь взвод смог адекватно ответить снайперам и нейтрализовать их обстрел.

В конце концов, вся группа бойцов смогла войти и занять позиции в здании. Лейтенант Краснов с кадетами расположился внутри резиденции, а второй офицер с остальными солдатами — по периметру вокруг здания.

В помещениях дома были обнаружены многочисленные сюрпризы — некоторые ожидаемые, а другие не очень.

В первую очередь это было вооружение, которым президент Альенде готовился противостоять атаке своих врагов. В огромном подвальном помещении обнаружилось большое количество боеприпасов для автоматов АК и пулеметов, зенитные орудия и снаряды к ним, противотанковые ракеты и РПГ-7 — всё советского производства. Весь этот арсенал был наполнен вооружением, значительно превосходящим по своему качеству и характеристикам то оружие, которым располагала Армия того времени. На крыше здания были развернуты позиции для противовоздушной обороны, укрепленные мешками с песком. Каждое укрытие могло вместить от трех до пяти человек. Вооружение состояло из зенитных орудий, ракетных установок с зарядами, а также пулеметов и ручных гранат.

Президентский дом скрывал в себе ещё одно хранилище, абсолютно контрастирующее с хронической нехваткой продуктов, которая охватывала всё население, с выматывающими ночными очередями и безысходностью для тех, кто имел необходимость хоть чем-то кормить детей.

Полки и холодильники этого склада были заполнены сыром, ветчиной, курятиной, мясом, мылом, зубной пастой и тысячами других вещей из цивилизованной жизни, которые чилийцы повседневно и безрезультатно искали.

В конце, к особенному удивлению кадет (и к большому стыду для всех чилийцев), было обнаружено огромное количество порнографических журналов и другого материала аналогичного типа. Один из этажей под ванными комнатами, который, видимо, был не занят, служил кладовкой и был буквально завален этим мусором.

Лейтенант Краснов и его кадеты должны были оставаться в резиденции до прибытия смены. Но уже к середине дня 11 сентября ситуация была полностью под контролем и молодой офицер получил разрешение на один час отлучки. Вспомним, что его жена Анджи все это время находилась в роддоме вместе с маленькой новорожденной дочкой. На крошечной легковушке своего друга Михаил полетел за ними в клинику, доставил их домой и возвратился на свой пост на улице Томаса Моро. Семья увидела его только пять дней спустя.

К концу дня президентский дом приготовил им ещё одну неожиданность. С трех часов дня был уже объявлен комендантский час. Вечером к лейтенанту Краснову обратился кадет и доложил о задержании двух женщин, пытавшихся проникнуть на территорию резиденции. Это было странным событием, так как обе они были обнаружены при попытке перелезть решетчатую изгородь, окружающую здание.

Кто были эти женщины и что они пытались предпринять?

Лейтенант приказал привести их к нему и допросил. Женщины боязливо рассказали свою историю. Обе пришли в поиске своих дамских сумочек, оставшихся внутри помещения. К слову сказать, причиной потери была не забывчивость, а спешка, с которой все они покинули резиденцию после полученного предупреждения о предстоящей бомбардировке резиденции.

Уже успокоившись, они добавили некоторые детали, более ясно объясняющие их ситуацию. Обе были служащими президентского дома — одна работала телефонисткой, а другая — медсестрой. Кроме того, одна из них была дочерью личной служанки жены Альенде. Когда Ортенсия Бусси де Альенде спешно покидала здание, направляясь к ожидавшей её машине, старая служанка бежала за ней к автомобилю, умоляя увезти её с собой, но хозяйка с силой хлопнула дверью, придавив ей ногу, и умчалась прочь. Резиденция располагала машинами скорой помощи, а так как у бедной женщины было сильное кровотечение от неожиданно полученного ранения, решено было доставить её в Центральную больницу. Вполне понятно, что её дочь вместе со своей подругой отправились сопроводить старую служанку в больницу, оставив в здании свои вещи. Уже успокоившись, когда стемнело, они решили вернуться в резиденцию на Томаса Моро и забрать свои вещи, уверенные, что после бомбардировки дом был полностью заброшен.

К счастью для них, находящиеся там солдаты были настоящие кавалеры и отнеслись к ним с пониманием. Лейтенант Краснов связался по телефону с вышестоящим начальством, доложил о случившемся и запросил инструкции. Полученные указания гласили, что обе женщины должны быть освобождены на следующий день после отмены комендантского часа, что ожидалось около полудня.

Этой ночью молодые постояльцы резиденции на Томаса Моро слушали продолжительные рассказы о той жизни, которая имела место в этом здании, — прискорбные истории, подтверждённые различными свидетельствами, оставленными в помещениях и, естественно, ставшие потом объектом всенародного любопытства.

Но из уважения к тому, кто был президентом Чили, члены Правительственной Хунты отказались удовлетворить это любопытство. Только армейские запасы и вооружение, которые мы уже описали, а также военный арсенал, существовавший в другой резиденции президента в Эль Каньяверал, были выставлены для демонстрации широкой публике. Остальное — включая обширные фотографические документы, было соответствующим образом зарегистрировано в присутствии государственного нотариуса и хранится до сегодняшнего дня в полном секрете.

В последующие дни, по окончании миссии в резиденции президента на улице Томаса Моро, лейтенант Краснов получил приказ о назначении на пост адъютанта командующего военными курсами майора Хуана Хара, в задачу которого входила подготовка помещений училища для размещения там бывших министров и основных сообщников марксистского правительства, задержанных военными властями.

Лейтенанту Краснову предписывалось выполнять функции посредника между задержанными представителями партий из Народного Единства и своим начальником. По этой причине он поддерживал с ними ежедневный контакт, удовлетворяя их потребности различного характера: встречи с семьей, проблемы со здоровьем, необходимые личные вещи, просьбы, консультации и т. д.

Сегодня, уже в звании бригадира, из тех событий Краснов вспоминает некоторые моменты, которые по разным причинам его особо впечатлили.

Одним из них является разговор с бывшим министром внутренних дел, Хосе Toa. В один из дней, осуществляя свой ежедневный утренний обход задержанных, лейтенант Краснов застал бывшего министра задумчиво смотрящим в окно на горные хребты Кордильеры Анд. На его лице лежал такой отпечаток грусти, что офицер поинтересовался, как он себя чувствует.

— Ничего особенного, — ответил тот. И, не отрывая взора от гор, как бы продолжил свой внутренний монолог: — Как прекрасна наша страна… Подумать только, что мы сами были ответственны за эту катастрофу…

Лейтенант Краснов ничего не ответил, но тихо присел рядом с ним.

— Поверьте мне, лейтенант, — произнес Toa, уже обращаясь к нему, — мы знали, что единственным выходом для Чили было военное вмешательство, аналогичное вашему. Не было никакой альтернативы для выхода из того бедственного положения, к которому мы пришли, и это была наша вина. Я надеюсь, что во имя благополучия нашей страны, вы, как можно скорее, сможете достичь разрешения существующих на сегодняшний день серьезнейших проблем. Но вам будет нелегко. Нас поглотила анархия, и мы допустили, чтобы развернулась безудержная ненависть между братьями. Знаете ли Вы, лейтенант, что это означает? Вы ещё очень молоды, чтобы иметь представление о том, чего будет стоить достижение примирения в этой стране… В любом случае, Вам лично я желаю наилучших успехов и большой удачи… Мне неизвестно, как сложится моя судьба, но я готов нести всю полноту ответственности. Не думайте, что мне легко произносить все это, но это правда. Я чувствую глубокую грусть и огромное разочарование от всего произошедшего.

Михаил Краснов внимательно слушал эти слова, впечатленный болью и откровенностью, с которой говорил бывший министр. Вежливо повторил ему предложение своей помощи, если есть в чем-либо нужда, на что экс-министр ответил:

— Мне ничего не надо, лейтенант. Спасибо, что Вы меня выслушали.

Совершенно другое впечатление осталось у Михаила Краснова от диалогов с генеральным секретарем Коммунистической Партии Луисом Корваланом и с лидером Социалистической партии Клодомиро Альмейдой. С обоими он разговаривал о политических теориях. В его памяти эти беседы остались скучными, а собеседники неубедительными. В действительности, оба этих персонажа искали не разговора, а как бы хотели убедить самих себя в правоте своего же собственного философствования. Ни один из них не считал себя ответственным за эту трагедию, которую переживала Чили. Для них существовал только один виновный — президент Альенде. И это они неоднократно подчеркивали в присутствии Михаила.

Самодовольство и многословная болтовня обоих политических лидеров так шокирующие контрастировала с откровенностью и честностью экс-министра Toa, что молодой офицер навсегда запечатлел в своей памяти столь разительные отличия между этими двумя формами поведения политиков.

Уже имея за плечами опыт прожитых лет, Михаил Семёнович считает, что Хосе Toa был идеалистом, который ошибся дорогой. Между тем, Корвалан и Альмейда являли собой образцы двух типичных политиканствующих дельцов, искавших собственную выгоду на путях достижения власти.

В то же время, роль офицера — посредника в контактах с неудачливыми рулевыми Народного Единства, оставила лейтенанту Краснову воспоминания другого, почти анекдотического характера. Часто неожиданные обстоятельства выводят на свет то, что ранее оставалось скрытым, в том числе и человеческие слабости. Так случилось с бедным Ансельмо Суле (сенатором из Радикальной партии), который был обнаружен военным патрулем с волосами, крашенными в голубой цвет и спрятавшимся в доме свой любовницы, о существовании которой его семье, скорее всего, ничего не было известно.

Боль и возмущение его жены были совершенно объяснимы, но выражала она их в ужасно скандальном виде. Каждый раз, когда она приходила в Военное училище, она отнюдь не жаждала встречи со своим мужем, а использовала возможность чтобы выплеснуть на его голову всю свою ярость.

Уже приближаясь к помещению, которое занимал Суле, она начинала издалека выкрикивать все известные ругательства и различные оскорбления в его адрес. Близкий друг Ансельмо Суле — Камило Сальво (депутат из рядов той же Радикальной партии), тоже задержанный, впустую пытался заставить её замолчать. Оскорбленная жена заканчивала свои ругательства воплями, что она сама будет умолять военных, дабы те расстреляли обоих.

Лейтенант Краснов, совершенно серьёзно относившийся к своей миссии, хранил при себе личное мнение об этих сценах.

Другой персонаж, о котором вспоминает наш герой, но имени которого он не помнит, это бывший министр общественного строительства. Этот симпатичный господин не мог понять, за что он был задержан. Он неоднократно объяснял Михаилу своё положение, примерно следующим образом: «Заметьте, лейтенант, что когда я занял пост министра общественного строительства, меня вызвал Альенде. Он был в компании «Коротконожки»(прозвище Луиса Корвалана) и других подобный личностей. Альенде отдал мне приказ нанять дополнительно 5000 человек для строительства метро. Я ему сказал, что мы уже располагаем 10 тысячами рабочих, при том обстоятельстве, что необходимо для выполнения работ только лишь 1500 человек. Что я буду делать с таким количеством людей? И Вы знаете, что мне ответили? Что я не должен ничего спрашивать, а должен приступать к выполнению указаний, ибо для решения проблем существует машинка для печатания денег. И добавили, что если эти люди не работают, то я должен закрывать глаза на эти детали, так как в любом случае будет заплачено. Что вы думаете об этом, лейтенант? Что я мог поделать с такими приказами? И поэтому, когда я инспектировал строительство, никто не работал и более того — меня ещё и освистывали! А в результате — я к тому же теперь заключенный! По правде сказать — я ничего не понимаю, лейтенант…»

Михаил терпеливо слушал его и таким образом получал информацию о той реальности, в которой жило марксистское правительство, которое многие до сих пор называют «прогрессивным». На деле это был не прогресс, а демагогия и безответственность.

Несколько дней спустя, лейтенант Краснов и другие офицеры получили приказ доставить задержанных на базу 10-й Группы Военно-Воздушных Сил, где их лично встретил генерал Густаво Ли (командующий ВВС, член Правительственной Хунты). Пройдя медицинский осмотр и положенный контроль, задержанные были отправлены на самолете на остров Досон, где они оставались в течение всего лета, затем группами постепенно были высланы за границу.

В конце декабря того же 1973 года, лейтенант Краснов получил новое назначение по службе. Он получил ответственную должность офицера безопасности Президента Правительственной Хунты и Главнокомандующего Вооруженными Силами генерала Аугусто Пиночета. Они ранее уже были знакомы.

Пару лет назад служба их свела на севере страны — генерал был командиром 6-й дивизии со штабом в Икике, а лейтенант Краснов, в то время в звании младшего лейтенанта, служил в полку «Карампанге», в том же городе.

Следующая глава

biography.wikireading.ru


Смотрите также