Пить надо начинать с утра и ни на что не отвлекаться


из сборника "Всё в саду" (М., АСТ, 2016)

clear_textДУРА И ТРУС.Саша Котов лежал под кустом сирени и слушал соловья.Соловей пел где-то совсем рядом, казалось – руку протяни, и можно выключить. Лучше выключить, потому что соловей пел очень громко, слишком громко, по ушам бабахал. А у Саши болела голова.Он вечером выпил бутылку водки с Валей Гимпелем. История была такая: он проспорил эту бутылку Цыплакову, спор был о том, сколько лет разным героям из «Войны и мира». Цыплак говорил, что граф писал небрежно и часто путался, одни у него стареют быстрее других, а Саша держался мнения, что Лев Толстой – гений, и это мы дураки, если что-то недопоняли. Но потом не поленился, перечитал с карандашом и тетрадкой и увидел, что так и есть. Ему Гимпель помогал считать, Гимпель был на его стороне, но увы! Amicus, как говорится, Plato, но истина дороже. Цыплак прав. Купили бутылку – то есть Саша покупал, а Гимпель занимал очередь, пока Саша стоял в кассу.Купили и поехали на Ленгоры. Было часов шесть вечера. Цыплакова в общежитии не нашли, а соседи сказали, что он вообще уехал, досрочно сдал последний экзамен и домой, в Свердловск. Уже до осени. Потому что было самое начало июня. Саша Котов остался как дурак с бутылкой и Гимпелем. «Спрячь до сентября», - сказал честный Гимпель. «Да ну, прокиснет!» - сказал Саша, спер на общежитской кухне неизвестно чью луковицу, и они пошли в сад.Там был университетский ботанический сад, с забором, но пройти можно было. Лучше, чем просто на горах, где люди и менты. А тут народу никого. Только вдали тетка с тачкой и метлой. Устроились среди сирени. Было уже к восьми, и Гимпель начинал дергаться, потому что мама-папа ждут. А у Саши мама-папа как раз были в отъезде, поехали вместе с младшей сестрой кататься на пароходе Москва-Ленинград, поэтому он никуда не торопился. Открыли, разрезали перочинным ножом луковицу. «У тебя хоть пирожок есть?» - спросил Саша. Гимпель помотал головой, к тому же пить он не хотел, не умел и боялся. Хотя взрослый мужик, третий курс. Саше пришлось почти все самому доканчивать. Пили из горлышка, болтали о Льве Толстом, смысле истории и роли личности в ней, а также о девчонках. Гимпелю нравилась Ксана Беляева. «Она ангел, светлый ангел!» - повторял он, краснея. Саша все знал про Ксану Би – так ее звали ребята – но не стал рассказывать это бедному Валечке Гимпелю; зачем другу ломать кайф возвышенных фантазий? Сказал только: «Вообще-то пить начинать следует с утра, и более ни на что во весь день не отвлекаться… Кто сказал?» «Лев Сергеич Пушкин!» - ответил умный Гимпель и сказал, что уже половина двенадцатого ночи – вот ведь проболтали! – и скоро взаправду утро, потому что ночи короткие – пятое июня – и надо скорее к метро.Саша встал и тут же сел снова. Голова поехала, и затошнило. Все-таки грамм триста пятьдесят, а то и четыреста он осадил под пол-луковицы. Сел, потом лег на спину. Сирень крутилась над головой на фоне бледно-звездного неба. Застонал. Гимпель посоветовал проблеваться. Саша возразил, что всё уже впиталось в голодный желудок и пошло прямо в нервную систему. Гимпель сказал, что поможет добраться, а если надо – то останется с больным товарищем.

Саша едва умолил его уйти, поклявшись, что не умрет.

Гимпель ушел, запел соловей, и стало совсем невмоготу. Все крутилось перед глазами, и сирень пахла до полного задыхания.Он все-таки задремал, провалился в сон ненадолго, а потом соловей снова его разбудил своими дикими «дюх-дюх-дюх, дях-дях-дях», как сосед электродрелью, но уже стало легче в животе, и голова не кружилась, хотя болела, и это был прогресс.Чуточку вставало солнце. Заскрежетала тачка, и тетка в ватнике остановилась, постояла, а потом присела рядом – там был какой-то чурбачок. Взяла бутылку, кинула ее в свою тачку.- Студент, что ли? – спросила она визгливым пригородным голосом.Саша через силу поднялся, сел, повертел головой. Нет, не кружилась, и болела меньше.Тетка достала из кармана маленький термос, открутила крышку, налила:- Попей.- Спасибо, - сказал Саша, отхлебнув горячего густо-сладкого чая. Почти ожил и увидел, что тетка вовсе не тетка, а девушка – если и постарше его, то ненамного. Года на три, не больше. Примерно такие у них на факультете были аспирантки.Саша прихорохорился, вытащил пачку «Примы» и спички, галантно спросил:- Не возразите, мадам? Или мадемуазель? Если я закурю?- Мадемуазель, си вуз эмэ, - сказала девушка уже совсем другим голосом, столичным, негромким и низким. – Не кури дрянь. Держи, - она протянула Саше заграничные сигареты, длинное название на золотой пачке.- Благодарю вас, я не меняю сорт, - иронично сказал Саша.- Ха! – сказала она. – Цитируешь?Саша обмер, потому что сразу вспомнил: МГБшник предлагает дорогие сигареты «Тройка» старому интеллигентному зэку, а тот отвечает, что, дескать, не меняет сорт, и гордо курит свой тюремный «Беломор». Это было в самиздатской книге Солженицына «В круге первом».А на дворе семьдесят седьмой год, если угодно. Си вуз эмэ.- Ничего я не цитирую. При чем тут? – зачастил он. – Я честно не меняю сорт. Кашель!- Тот мужик потом пожалел, что не угостился. Ведь читал книжку?- Какую?- Исай Железницын, «В первом квадрате», ну? Не ссы, признавайся. Читал?«Стукачка? Сексотка? – затрепетал Саша. – Или диссидентка? Поэтесса-дворничиха?»- Ну, читал, - сказал Саша.- Молодец! - она раскрыла пачку, выдвинула сигарету, поднесла ему к губам. Щелкнула красивой зажигалкой. – Филфак? По глазам вижу… - и засмеялась. – Вру. Я тебя в позапрошлом году увидела и запомнила. Хороший мальчик, но почему-то совсем не мой. Обидно.- Где видела? Здесь в саду?- Там, - она махнула рукой. – В стекляшке. Ты на десятом этаже, а я на одиннадцатом. На философском. Но вообще-то я полольщица альпинария и рыхлильщица сирингария. Знаешь, что такое сирингарий? Мы как раз в нем сидим. Сиренник это значит. Сиреневый питомник.- Вкусные сигаретки, - сказал Саша. – Такие не пробовал.

- «Бенсон энд Хеджес», Англия. У нас снабжение хорошее, - сказала она. – Чай тоже, между прочим, чистый инглиш, хочешь еще? – и снова налила из термоса в крышку-стаканчик. – Тебя как зовут?

- Саша.- А меня, извини, Лизелотта. Так вышло. Мой папочка, еще молоденький, в сорок пятом, уже в Германии, в районе Люббенау, пошел ненадолго по делам в тыл врага, и там его зажопили. То есть чуть не зажопили. Одна немочка помогла. Выручила, спрятала. Может, она тоже наша агентка была, папа не говорил. В общем, в честь папочкиной первой любви.- А что твоя мамочка сказала? Ей не противно?- Еще как! Но ничего. Мы терпим. Она – папу и меня, а я – ее и папу. А папа – нас обеих. Такая жизнь. А я вот теперь в земле копаюсь, - она, красуясь, показала черные каемки вокруг ногтей. – Неорганизованный пролетариат.- Зачем? – у Саши снова заболела голова.- Не зачем, а почему. Чтобы снять неустранимое противоречие между моей любовью к папочке и ненавистью к тому, чем он занимается. О, эта война между душой и плотью, долгом и влечением, любовью и сексом! Между любимым веселым папочкой – и прожженным гебистом. Правда, он сейчас не в конторе. Он в отделе ЦК КПСС, который курирует контору. То есть еще хуже. Зато сигареты «Бенсон» и много всякого. Книжки в том числе. Папа любит книги.- Конечно, - вздохнул Саша. – У вас, небось, весь дефицит на дом приносят. Камю, Кафка, Марсель Пруст.- Пруста не надо! – сказала она. – Мой папочка читает нормальные советские книги. Трифонова, Бондарева, Абрамова. Потому что он все равно нормальный человек! Запомни, мой хороший – если гэбист любит Пруста, это такая сволочь… - она вдруг оскалилась и заговорила вполголоса: - Есть там один такой. Стихи пишет, Шекспира цитирует. Если до самого-самого верха дорвется – ой! Хуже Сталина. Но ему не дадут. Он больной. Почки. Но от него скрывают. Специально кормят, чтоб почки посадить на хер! – и она стукнула кулаком Саше по коленке. – Ну, пойдем! – встала и протянула ему руку.- Погоди, - сказал он. – Зачем ты мне все это рассказываешь?- Интересничаю, - сказала она, помогая ему встать с земли. – Флиртую, разве не видно?- А если я проболтаюсь?- Ой! Я отопрусь. Тебя посадят. А ему все равно посадят почки. Игра слов! Так что вези тачку, джентльмен.Они подошли к небольшому каменному домику. В торце была дверь. Лизелотта вытащила из кармана ватника связку ключей.Саше Котову некуда было торопиться, воскресенье и родители уехали, поэтому они с Лизелоттой так и не встали с топчана до вечера, она все шептала «люблю, люблю, люблю», целовалась прямо до крови, просто вгрызалась, а в перерывах жарила яичницу с колбасой на электроплитке.Вечером за окном гавкнула собака, Саша выглянул – боже! Валечка Гимпель привел ментов, с собакой! Издалека видно было, как овчарка нюхала то самое место, где они вчера сидели под сиреневым кустом, и натягивала поводок, чтоб бежать-искать.- Ёкалэмэнэ! – зашептал Саша. – Верный друг, чтоб тебя!- Не ссы, - сказала Лизелотта. – Обойдется.С неба грохнуло, потом сверкнуло, потом грохнуло еще сильнее, и полил страшенный июньский дождь. Струи толстые, как веревки.Мент подобрал что-то с земли, положил в полевую сумку. Наверное, это была жестяная крышечка от бутылки, которую они с Гимпелем выпили.- Люблю, люблю, люблю тебя, - заурчала Лизелотта сзади, обнимая Сашу за плечи, целуя и грызя его затылок.Потом дождь прошел.Еще потом в дверь постучали.- Ведь всего ничего осталось! – закричала, как будто в сотый раз, дама в красивом пальто, с высокой укладкой пепельных волос и большими круглыми глазами. – Только диплом защити, умоляю, и будешь инструктор горкома партии!- Маман, жё не сюи па сёль, ком ву пувэ вуар! - сказала Лизелотта.- Кто это? – дама повела головой в сторону Саши.- Ты что, член КПСС? – спросил Саша у Лизелотты.- Куда деваться, - сказала она. – Со второго курса. По блату.- Кто это? – повторила дама, теперь уже в упор глядя на Сашу своими круглыми сине-зелеными глазами. Как бирюзовые клипсы у нее в ушах.- Дай мы тебя проводим, - сказала Лизелотта и надела тонкие импортные трусики, а сверху – брезентовые штаны.Хорошо, Саша успел натянуть брюки еще до того.Вышли, дошли до ворот.- Познакомимся же, наконец! – дама первая протянула руку. – Валентина Аркадьевна.- Саша, - ответил Саша.- Вы все-таки кто? – спросила дама.- Студент четвертого курса. Филфак. То есть вот перешел на четвертый.- А Лизочка уже на пятом, - строго сказала дама. – Философский факультет.За воротами стояла черная «Волга» с желтыми подфарниками и белыми шелковыми занавесками на стеклах задних дверей. Знаки высшей силы.- Я знаю, - сказал Саша.- Знаете, и что? – странно спросила дама.- Познакомься, мама, это мой муж! – слегка паясничая, сказала Лизелотта.- Ну зачем же так сразу перед фактом? – Валентина Аркадьевна снисходительно поморщилась. – Нужно быть вежливее к матери. «Мы хотим, собираемся, планируем пожениться…» В крайнем случае, «мой будущий муж». Пригласи молодого человека в гости. В это воскресенье. Вы к нам придете в это воскресенье, Саша?- Спасибо, - сказал Саша. – Не знаю…Это так неожиданно…- Мама, езжай, - сказала Лизелотта.- У тебя же кончилась смена! Мать за тобой приехала, и ни слова благодарности.- Я чуть попозже. Мама, он оказался подлец, - она больно ткнула Сашу локтем в бок. – После двух лет наших отношений отказался жениться. Бросил меня. Он трус презренный. Я сейчас его убью. А потом поеду на метро.- О, небо! Как я устала! – закричала Валентина Аркадьевна. – Я специально за тобой приехала, у папы попросила машину!- Можешь меня подождать. Но тогда ты будешь соучастница в убийстве.- Валентина Аркадьевна, - сказал Саша. – Вы лучше меня подвезите на машине, хорошо?Дама изумилась такой наглости и поэтому сама открыла Саше дверь.Он обернулся. Лизелотта смотрела в сторону. Ну и ладно.Пока ехали, Валентина Аркадьевна спросила:- У вас правда с Лизочкой два года серьезные отношения?- Не совсем. Она сказала, что в меня влюбилась два года назад, когда увидела в коридоре.- Ну и нечего тут гордиться! – сказала Валентина Аркадьевна.- Да, конечно, - сказал Саша. – Остановите, пожалуйста, у метро «Университет».- А то до центра?- Нет, нет, спасибо, - сказал он.Вышел, зажмурился, снова открыл глаза и удостоверился, что уже забыл Лизелотту.Потом она позвонила ему.Даже удивительно, как она его нашла. Он уже успел три раза жениться и развестись, оставить с женами четверых детей, раз шесть переехать - из хороших квартир в плохонькие и обратно, и один раз даже на виллу на Новой Риге, и потом снова в город, и вот теперь жил в небольшой квартирке в приятном районе около метро «Бауманская», с мастером тайского массажа Анечкой, которая приходила к нему в неделю раз, но не хотела переехать насовсем.Потом – это лет через тридцать пять. Или даже больше.Она позвонила прямо в дверь. То есть в домофон. «Кто?» «Лиза. Полное имя Лизелотта! Вспомнил? Вспоминай и открывай, а то буду стеречь на крыльце!». Он открыл. Ждал ее у лифта. Она прошла мимо него, вошла в квартиру и огляделась.- Бедненько, - сказала вместо «здравствуй». – И не особо чистенько. Один живешь?- Предположим, - сказал он. – Чем обязан?- Пришла сказать, что у меня не получилось.- Что не получилось?- Понимаешь, когда ты тогда ушел, сел в машину и уехал, я подумала, что ты согласен жениться, просто хочешь с мамой поговорить. А мама сказала, что ты выскочил у метро. Я хотела повеситься, но потом решила: «Ну и подумаешь! Проживу без него». Я старалась. Я честно старалась. Я столько лет старалась… Но нет. Не получилось. Так что поехали.Она была в каком-то ватнике. Саша долго приглядывался, но понял, что это модная и дорогая одежда. Она поймала его взгляд и подтвердила:- Куртянчик от Живанши. Я богатая, не думай. Поехали. Или здесь?- Что здесь?- Целоваться, и вообще.- С ума сошла! – Саша отступил на полшага, потому что Лизелотте было за шестьдесят, она была чуть постарше его, он это помнил. И выглядела она соответственно. Как раз на шестьдесят с хвостиком.- А я не обиделась! - засмеялась она. – Поехали. Смотри, какая ночь. Июнь, и кое-где сирень цветет.У нее была хорошая машина, просторная и мягкая. Ехали и болтали. Она рассказала, что у нее все сложилось отлично. Диплом, райком, горком. Потом бизнес. Папочка помог, царствие небесное. И папочкины друзья. У чекистов очень сильное чувство локтя. Через века. Приказ тайных дел, Охранное отделение, ЧК-НКВД-КГБ – одна команда, одни и те же люди. Дети, внуки и пра-пра-правнуки. Так что полный порядок. Гляди, какая тачка! Но вообще богатство – это скучно, когда много.- Ты замужем? – спросил Саша.Она помотала головой.- Ну, была? – уточнил Саша.

- Какой еще муж? – возмутилась она. – Я же тебя люблю!

- Ты дура? – удивился Саша.- А ты трус! – сказала Лизелотта.Саше стало обидно, но не за труса, а по-другому: о себе она всё рассказала, а о нем, о его жизни, ничего не спросила. Поэтому он усмехнулся:- Ну, расскажи еще что-нибудь. Например, как ухайдакали товарища Андропова Юрия Владимировича.- Кто? – спросила она, внимательно следя за дорогой.- Вы! Ты же сама говорила: «ему специально почки сажают».- Я? – она подняла брови. – Бред какой. Не выдумывай.- Куда мы едем?- Уже приехали.Они остановились около длинного забора. За забором росли кусты и деревья. Вышли. Там была калитка. Лизелотта достала из кармана связку ключей.Сидели на земле, на расстеленном ватнике от Живанши.- А Валечка Гимпель теперь в Америке, - сказал Саша. – С которым мы водку здесь пили. Профессор русской литературы. Помнишь, он ментов с собакой привел?- Гимпель? Смешно! - сказала Лизелотта.- Чего смешного?- Фамилия смешная. Очень шпионская. Нет, правда, был такой знаменитый немецкий шпион. Умер ста лет от роду. У шпионов не нервы, а стальные канаты. И у папиной Лизелотты фамилия тоже была Гимпель. Почему? Непонятно. Все в одном клубке. Не распутаешь. И не надо. Я тебя люблю.Она легла навзничь на траву, ладони положила под голову.- Ты тогда говорил: людям не надо жить вместе, люди должны жить отдельно, поврозь, каждый в своей маленькой комнатке с кухней. А под старость собираться, доживать последние дни в компании. Чтобы были такие специальные «умиратории». Хорошее слово «умираторий». Я тебя люблю.- Не помню, - сказал Саша, и тут же вспомнил, и сказал: - А! Да, да, да.- Скажи, ты из-за этого не захотел на мне жениться? Ты тогда вообще считал, что людям лучше поодиночке? Или я тебе не понравилась?- Ты как-то странно предлагала. «Мама, вот мой муж». Тут любой растеряется.- А почему ты сам не предложил? Я тебе целый день говорила: «люблю, люблю, люблю тебя». А ты молчал. Почему ты молчал?- Честно? Ты была странная. Я испугался.Она замолчала.Саша лежал рядом с ней, тоже навзничь, июньская земля сквозь свежую траву приятно холодила спину.Она сказала:- Я была дура. А ты был трус. Дура и трус. Хорошая парочка. У нас бы все равно ничего не вышло. Так что ладно. Все хорошо.Саша приподнялся на локте, посмотрел на нее. Светил месяц, но она вся была в тени сиреневого куста. Он погладил ее лицо – лоб, нос и губы. В темноте она была почти как тогда. Он подвинулся поближе.- Целоваться не надо, - сказала она. – Я пошутила.Он снова лег на спину.- Мы с Валечкой Гимпелем читали Льва Толстого, «Войну и мир», буквально по строчкам, было дело, для спора, – сказал Саша. – Лев Толстой сказал, что у жизни на самом деле есть какая-то другая цель, невидимая и непонятная людям… Какая? А может, нет никакой цели?- Цель жизни – сад, - сказала Лизелотта. – Оказаться в саду. Сад, по-гречески парадиз, то есть рай. Мы думаем – какой он будет, этот рай? А мы там уже были. В июне месяце семьдесят седьмого года. Мы думаем – где он? А он вот. Сирень пахнет, соловей поет, и мы здесь.- Судьба? – спросил Саша Котов.- Судьба, сирень, - покивала Лизелотта, - сад, сукины дети, слезы, старость, страсть…Я подошел к ним поближе и присел на корточки.Они лежали рядышком, совсем маленькие, как куклы, даже не как Барби и Кен, а еще меньше, как крохотные пластмассовые пупсики, они вдвоем поместились у меня на ладони, они были холодные, остыли, на земле лежа, у корней огромного сиреневого куста, потому что они на самом деле были совсем пластмассовые, очень легкие. В ночи, в свете ясного месяца, видны были их лица: мальчик был нахмуренный и смотрел себе на нос, а девочка – подняла глаза и глядела в небо.Рядом стояла садовая тачка, в ней лежала короткая лопата.

Я вырыл ямку и закопал Сашу и Лизелотту. Сделал холмик, положил камешек и постоял рядом полминуты, склонив голову – всё как положено. Сладко и душно пахла сирень, и соловей пел так громко, что хотелось выключить.

Page 2
clear_textМой бесценный друг детства, мой дорогой Мишка (Михаил Слоним)погиб вчера в девять вечера, в Петербурге, его сбила машина.Невозможно поверить, понять.Простите, пока не буду отвечать на комментарии. Сил нет.

Заранее спасибо за ваше сочувствие, за то, что вы разделите со мной мое горе.

clear-text.livejournal.com

О пользе пьянства!

Один мой друг рассказал мне замечательную историю. Однажды в Израиле рядом с ним по соседству жила одна еврейская семья: Огромный такой, очень высокого роста отец и три таких же огромных сына. Они работали на мясной фабрике и вели очень размеренный образ жизни.

Вставали в четыре, пол пятого, на крайнем рассвете, выпивали по стакану водки. Круглому замечу, не граненому, а круглый между прочим 250 грамм. И шли на забой скота, на свой комбинат, потом возвращались с работы ели… ну как в обычной семье. И один из них женился, жену он взял из интеллигентной семьи, дочь портного.

И она однажды, удивившись тому, что муж пьет.  Побоялась у мужа спросить и спросила у свекрови, семья патриархальная. Она говорит: «Мама, почему мой Борис с утра выпивает стакан водки а не завтракает кофе с булочкой?»

Мать очень удивилась и закричала: «Борух, вот тебя Роза спрашивает, что ты как босяк выпиваешь стакан водки а не завтракаешь кофе с булочкой?»

Он к ней потихоньку подошел, почтительно наклонился и сказал: «Мама ну кто же натощак осилит кофе с булочкой?»

Продолжая тему:

Вы знаете как говорил Лёвушка Пушкин, младший брат великого поэта. Вот все таки замечательный язык 19 века…

Он говорил: «Что касается пьянства – то начинать надобно с самого утра и более ни на что не отвлекаться.»

quotes.mypage.ru

(20)

      Валерий Александрович - человек на редкость тонкой организации каковая нечасто, но встречается в русской провинции и берет свое начало в укладе жизни да в ВЕРЕ прошлых веков. Деликатен до застенчивости. Таким я воспринимаю его в часы нашего общения и таким остался он в моей памяти.       Композитор он Богом данный, ибо музыку свою творил не благодаря образованности, а слышал ее в атмосфере нашего жития и с кажущейся мне необыкновенной легкостью только фиксировал ее на нотном стане.       Общение с ним было для меня и легким и трудным. Я чувствовал, что он и рядом и одновременно далеко. Казалось, он не хочет уходить из мира слышимых ему одному звуков. И это меня во время репетиций очень устраивало, потому что он не «давил» своим слышанием партитуры, давая мне определенную свободу. Познакомились мы с Валерием Александровичем в 1966 году в Ленинграде. К тому времени я уже был знаком с его «Немецкой» и «Русской» тетрадями. И не только знаком, а просто влюблен. Настолько верно (а главное — убедительно!) были отражены в них тончайшие душевные переживания. Слушать эти произведения я мог без конца. И естественно, попросил Валерия Александровича написать что-нибудь, по его усмотрению, для ленинградской Капеллы, которую в то время имел честь возглавлять. Ждал я терпеливо...       В 1979 году Московский академический камерный хор приехал на гастроли в Ленинград. В БЗФ был авторский концерт Г. В. Свиридова. В числе других произведений была премьера «Ночных облаков». А немного позднее я прочел в газете впечатления Гаврилина о музыке своего старшего коллеги. Статья была большая. Исполнителям же был посвящен один маленький — три-четыре предложения — абзац.       Но какой!!! Никто так точно до того (да пожалуй, и после) не выразил существо нашей исполнительской эстетики. Радость моя была безгранична. Ведь одно дело цель, которую я ставил перед собой, другое - ее достижение. Значит, не напрасно.       Вот тогда-то я и понял, почему Валерий Александрович не принес мне заказанное. Все дело в его потрясающем слышании звука, его содержательной сущности.       И после того, спустя год или полтора, приезжает Гаврилин в Москву и привозит свои «Перезвоны», Нет, конечно, стоило ждать 15 лет, чтобы получить такой роскошный подарок.       Работа над сочинением, с моей стороны, шла очень трудно. Хотелось сделать адекватно сочинению. Были письма, телефонные переговоры, споры и полуторагодовая репетиционная работа. Но, слава Богу, премьера, которая состоялась в Питере, прошла на редкость успешно.       Публикой сочинение было принято взахлеб, в отличие от некоторых музыковедов. А зря. «...Ино дело чванство!»       А на другое утро после премьеры стук в дверь моего гостиничного номера. На пороге Валерий Александрович с Наталией Евгеньевной и шампанским. «Пить надо начинать с утра, и более уже ни на что не отвлекаться...» — цитирует он, и мы празднуем его успех.

      Прошли годы. На дворе уже начало новой эры. Самара. Те же «Перезвоны». И тут жизнь подтвердила гаврилинскую правду. Сочинение, в новой жизненной ситуации, не только не устарело, но стало еще значительнее, еще масштабнее. Оно, как древняя летопись, охватывает Вечность, историю Руси и житие отдельного Человека, ничего не приукрашивая и не лакируя.

      Осень 2000 г., Москва

К титульной странице Вперед Назад

www.booksite.ru

8 утренних привычек, с которыми лучше распрощаться раз и навсегда

  • Почему нам стоит отказаться от термина «френдзона»

  • 15 знаменитостей, благодаря которым мы верим в настоящую любовь

  • 20 фактов о «короле ужасов» Альфреде Хичкоке, который умел пугать людей, как никто другой

  • Если вы хоть раз задумывались, не псих ли вы, вам стоит узнать, кто такие акцентуанты

  • 10 советов, как законно защитить свои права в магазине

  • Звездные имена, в произношении которых мы все хоть раз ошибались

  • 13 долгожданных сериалов, которые стоит посмотреть до конца 2019 года

  • 10 привычных продуктов, которые запрещены в разных странах из-за их состава

  • 16 человек рассказали о съеденных блюдах, которые они не забудут до конца жизни

  • Читатели AdMe.ru рассказали, какие услышанные фразы ввели их в легкий ступор

  • Как изначально выглядели 16 культовых героев, которых мы знаем только по ремейкам

  • 20 человек, которые умеют наслаждаться жизнью без лишних заморочек

  • Как выглядели и чем занимались 11 известных российских блогеров до того, как стали популярными в интернете

  • 7 роковых ошибок, которые мы допускаем, когда у ребенка истерика

  • 12 актеров, которые умудрились заработать себе безупречную фильмографию (И Киану Ривз в их число не попадает)

  • Пользователи сети делятся снимками, на которых они совсем маленькие, но такие крутые

www.adme.ru

Что лучше пить с утра натощак - какие жидкости полезны организму после подъёма

Пить по утрам можно много чего. Но лишь некоторые жидкости способны помочь человеку и принести настоящую пользу. Стоит рассмотреть, какие именно.

В первую очередь это вода. Она – универсальный ответ на вопрос, что лучше пить по утрам. Кипяченую употреблять не стоит – в ней нет ничего полезного. Лучшим вариантом будет сырая. Но если доверия местному водопроводу нет, стоит заменить ее на бутилированную. Даже такой простой продукт, как вода, можно принимать по-разному:

  • холодная. Продлевает жизнь человека и закаляет организм. Самый лучший вариант – чистая родниковая вода;
  • комнатная. Она воздействует пробуждающе на желудок и понижает шанс возникновения изжоги или спазмов. По сути, больше эффектов не имеет. Но и пить ее комфортнее всего;
  • горячая. Обладает очищающим эффектом, устраняя слизь из ЖКТ. Положительно влияет на здоровье, омолаживая организм, и ускоряет метаболизм. Последнее полезно худеющим.

Далее – мед. Рекомендуется съедать не меньше чайной ложки с утра, апеллируя к его полезным свойствам. Он помимо своих целебных и антибактериальных свойств способен поднимать настроение и заряжать тело бодростью и силами. Кстати, его можно добавлять в стакан воды – получится идеальное сочетание.

Последний пункт – масло. Ложечка оливкового масла способна отлично почистить организм от всего лишнего. Оно устранит проблемы с печенью и кишечником, позволит клеткам мозга лучше и дольше работать. Также оливковое масло положительно влияет на сосуды, очищая их от холестерина и укрепляя стенки.

www.wday.ru

Разумные причины, чтобы отказаться от завтрака

Если «здоровье» и «фитнес» для тебя родные слова, наверняка ты относишься к завтраку с повышенной серьезностью: каждый день встаешь рано утром и несешься в кухню, чтобы сварганить себе идеальный мужской завтрак: овсянку, сэр, со свежими фруктами, орехами и семенами, протеиновым коктейлем и черт знает чем еще.

После каждого завтрака ты чувствуешь себя молодцом, потому что знаешь: ты только что сделал важное дело, и благодаря этим усилиям твои тренировки не проходят зря.

Завтрак — самый важный прием пищи? Так говорят наивные ребята и спортсмены советского образца. Пропуская завтрак, ты можешь улучшить и свое здоровье, и физическую форму. Периодическое голодание — широко известная практика, когда в течение 16 часов в сутки ты голодаешь, а в 8-часовой промежуток времени можешь позволить себе много полезной еды.

Если пропускать завтрак и практиковать периодическое голодание, ты станешь только здоровее: и холестерин упадет, и мускулы нарастут — и не только.

1. Ты начнешь лучше соображать, да и мозг будет здоровее

Вопреки расхожему мнению, голод на самом деле повышает остроту ума и убыстряет его реакцию. Тому есть логичное основание: в былые времена охоты и собирательства голодному человеку требовалось быть более внимательным и ловким, чтобы найти или поймать себе еду.

Всевозможные диеты основаны на том, чтобы мозг лучше реагировал на мир вокруг, и в результате диет клетки мозга растут активнее. Что еще интереснее, из всех диет по полезности для мозга выигрывает периодическое голодание.

На самом деле, отказываясь от утренней овсянки, ты не обрекаешь себя на вялость, а заставляешь мозг проснуться и быстрее и эффективнее реагировать на раздражители.

2. Так легче сидеть на диете

Со всеми бывает: смотришь в зеркало и понимаешь, что тебе надо бы сесть на диету. Кто-то отрастил жирок зимой, кому-то хочется лучше выглядеть на пляже — вне зависимости от целей, сидеть на диете легче, если обходиться без завтрака.

Однажды мы уже говорили об этом. Скажем, ты решил есть по 2000 калорий в день вместо 2500. Ты можешь разделить эти 2000 калорий на три приема пищи и получить приблизительно 666 калорий на один прием пищи. Число дьявольское, но при этом не самое большое.

Если будешь питаться по описанной схеме, велики шансы, что между завтраком и обедом или обедом и ужином ты будешь перекусывать, добавляя к своей диете нежелательные калории. На этот случай и нужно отказаться от завтрака. Так в твоем распоряжении останется всего два приема пищи, зато по тысяче калорий.

Таким образом, после еды ты будешь чувствовать себя безумно сытым, и твоя рука уже не потянется ни к чипсам, ни к конфетам. Стоит того, чтобы побороть утренний голод!

3. Утром ты не будешь чувствовать голод

Почему это вообще происходит? Почему с утра мы хотим есть? Дело не в том, что нашему телу нужна еда — всё дело в гормонах.

Мы уже рассказывали тебе про гормон грелин, регулирующий частоту потребления пищи. Наш организм вырабатывает грелин в зависимости от того, как мы едим. Если каждый день завтракать, грелин будет вырабатываться к привычному времени завтрака — и в результате мы будем чувствовать голод.

Обходиться без завтрака — это привычка. В конце концов ты перестаешь чувствовать голод с утра и, соответственно, есть.

4. Понижение уровня холестерина

Холестерин — это самая серьезная, опасная и распространенная проблема со здоровьем всего развитого мира. Высококалорийная жирная пища повышает уровень липидов в крови, а это влечет за собой повышение риска сердечного приступа, микроинфаркта и обширного инфаркта.

Периодическое голодание помогает перепрограммировать принципы использования жира организмом. Оно повышает уровень расхода жировых клеток для извлечения энергии, и в результате жир становится главным источником энергии, замещая на этом посту глюкозу.

Пропуская завтрак и практикуя периодическое голодание, ты становишься здоровее: уровень липидов в крови приходит в норму без экстремальных диет и врачебного вмешательства.

5. Это стимулирует мышечный рост

Гормон роста играет не последнюю роль в человеческом анаболизме и росте мышечной массы. Естественный уровень гормона роста в нашем организме помогает запускать адаптивные механизмы, благодаря которым происходят процессы восстановления и роста мышечных клеток.

Можно колоть себе гормон роста, но это уже экстремальная мера, которую тебе здесь никто рекомендовать не будет, особенно если учесть, что периодическое голодание повышает естественный уровень гормона роста.

Кратковременное голодание — как отказ от завтрака на регулярной основе — повышает секрецию гормона роста.

6. Так ты будешь подтянутым дедом

С возрастом организм начинает синтезировать гормон роста в меньших объемах, поэтому один из побочных эффектов старения — усыхание мышечной массы, хрупкие кости и слабая соединительная ткань.

Повышение естественного уровня гормона роста, вызванное периодическим голоданием, обеспечит тебе бодрую и здоровую старость. Отказ от завтрака приведет в порядок гормоны, и ты будешь бодрым и крепким дедом — просто радость, а не дед.

Фитнес-коммьюнити питает к завтраку слишком теплые и трогательные чувства и завышает его значимость. Попробуй не идти у них на поводу. Вдруг тебе понравится.

brodude.ru


Смотрите также